Женский век, женский день
Истории, которые поймет только женщина
Woman’s Day



4 Апреля 2018

Эпизод

Эпизод
Я долго думала, стоит ли рассказывать эту историю. Сначала не собиралась, а потом решила, что раз этот случай до сих пор не позабыт, сможет быть стоит и с вами поделиться. Как я уже писала ранее, преподаватели тоже разные бывают. Это я и по своему студенческому опыту знаю. Надо сказать, нашей группе очень повезло с профессорско-преподавательским составом, и это была большая неожиданность. Дело в том, что когда мы с ребятами поступали, факультета даже еще не было. Вот так – мы, первые студенты факультета истории и права, уже учились, а факультета не было. Было отделение «Истории с основами правоведения» при филологическом факультете. 
В первые годы становления много сложностей возникало, в том числе  две основных: по обеспечению учебниками и отсутствию квалифицированных кадров. С первой бедой мы справлялись, как могли – почти жили в городской библиотеке. Для решения второй руководство института приглашало к нам именитых профессоров из соседнего вуза. Замечательные, знающие, увлеченные люди! Многие из них до сих пор памятны своими лекциями, и мы им благодарны за тот интерес, который они в нас пробудили к науке. Наверное, неслучайно из нашего курса вышли девять кандидатов и один доктор наук. 
Когда мы перешли на 3 курс, отделение преобразовалось в самостоятельный факультет. Нашими первыми штатными преподавателями стали молодые выпускники исторического факультета другого вуза. Нужно сказать, они очень ответственно отнесли к своей задаче, старались сделать свои лекции интересными, а задания для семинара творческими. Почти все относились к нам, своим первым студентам, по-доброму. Почти, но не все. Был один молодой преподаватель, назовем его Антоном Петровичем, который не сильно усердствовал в подготовке к лекциям. Сделает накануне в библиотеке копию страниц из учебника, вложит в папочку и к нам на занятия идет. Читал, не отрываясь от листочка, порой не замечая запятых. А мы замечали все. И его к нам отношение в том числе. Он нас не уважал, на практических занятиях откровенно «глумился», если студент вдруг «поплыл». Знаете, любить нас никто не обязан, но не уважать людей просто потому, что они стоят ниже тебя по статусу – низко. И недальновидно.
Замуж я вышла еще студенткой, сразу после  третьего курса. Ровно через год, аккурат к началу учебного года, родилась дочка. Спасибо родителям и младшей сестре, мне не позволили уйти на заочное отделение, по очереди старались помогать, и я смогла окончить институт, получив диплом с отличием (ну, уж простите, не сдержалась, похвасталась).
  Преподаватели с пониманием относились к моим вынужденным  пропускам занятий, тем более, что все они мною честно отрабатывались. Но на четвертом курсе случилась беда. Мы с дочкой попали в больницу. Грозила операция. Какая уж тут сессия? Но мама настояла: «Я сменю тебя в больнице днем, а ты поедешь сдавать экзамены. Потом поменяемся». Вобщем, билеты я зубрила в больничных коридорах, спасибо, что светло там было всю ночь.
На один такой экзамен к Вячеславу Ивановичу я и приехала буквально за три дня до операции. Почему не взяла академический отпуск, до сих пор сама не понимаю. Но готовилась, конечно, слабо. Мысли были совсем не о том, честно говоря.
  Зашла первой, взяла билет. Готовилась недолго, понимала, что почти ничего не помню. Но все равно пошла отвечать. Это был последний экзамен в ту сессию. Вячеслав Иванович видел, что я не отвечаю ни на «отлично», ни даже на «хорошо». Вот уж он оторвался! Сквозь очки буравил меня презрительным взглядом, всем своим видом показывая негодование по поводу того, как упала в его глазах староста курса, ранее считавшаяся чуть ли не отличницей. У меня в глазах все плыло. «Извините, я знаю, что плохо подготовилась. Но я сейчас в больнице с ребенком лежу. Давайте я в следующий раз приду?» О! это была моя ошибка! Антон Петрович совсем не на шутку разошелся. Клеймил меня позором и презрительно кривился: «Ну, началось! Сейчас пойдут в ход истории про больных детей, и другие жалостливые истории». Я встала и ушла. Уходила не с экзамена, из института. Честное слово.
Операция у дочки прошла успешно. Спустя месяц мы уже были дома. Родителям и мужу я сказала, что ухожу на заочное отделение. Надо сказать, меня снова все поддержали – когда болеют дети, все меркнет. И вдруг мне позвонил другой преподаватель: «Светлана, я тут случайно увидел список задолжников. Что случилось???» До конца своих дней буду Вам благодарна за тот звонок, Николай Владимирович! Я рассказала ему все, как есть. Он помолчал и сказал: «Ты сейчас ни о чем не думай, лечи девочку. А потом приходи, что-нибудь придумаем».
Пришла я через месяц, Николай Владимирович отдал мне мою зачетку. В ней стояло «хорошо» и подпись Антона Петровича. Через год из института он ушел в докторантуру. А я благополучно закончила на дневном отделении свое обучение.
Прошли годы, я закончила аспирантуру, защитилась, вернулась, спустя несколько лет стала деканом. И вот открылась дверь: «Здравствуйте! Вы меня не помните?» Как забыть, Антон Петрович! Та история для Вас – эпизод. Для меня - событие. Он рассказывал о том, что хотел бы вернуться преподавать на факультет, хотя защитить докторскую так и не смог. А я отказалась, хотя была вакантная ставка. «Неужели не забыла той истории на экзамене? Сама же стала преподавателем, наверняка, в подобной ситуации оказывалась» - удивился он моему отказу. «Конечно, бываю. И, спасибо Вам, каждый раз боюсь повторить ту историю». Так и не стали мы с ним коллегами. 
Светлана


0
Мне нравится