Отбор историй о жизни в годы Великой Отечественной войны для издания народной книги завершен
Рабочая группа проекта «Как мы пережили войну. Народные истории» завершила прием текстов для народной книги воспоминаний о военном времени. Список авторов историй определился, но еще вносятся некоторые коррективы, так как за последнее время в редакцию поступило несколько ярких текстов. Окончательный список авторов будет обнародован в феврале. Огромное спасибо всем авторам, приславшим свои рассказы. Благодаря этим воспоминаниям история сохранит Правду о Великой Войне
В День Победы на телеканале «Звезда» стартует народный издательский проект
Телерадиокомпания «Звезда» и издательство АСТ объявляют о сборе уникальных народных воспоминаний о Великой Отечественной войне для издания книги  «Как мы пережили войну. Народные истории». 
Мы призываем всех поделиться историями из семейных архивов – вспомнить и рассказать о событиях из военного детства, из жизни родителей или родственников, которые наиболее ярко характеризуют то тяжелое время, реальную жизнь на фронтах, в тылу и в оккупации.  
По итогам конкурса самые интересные тексты и фотографии из семейных архивов будут опубликованы в книге историй, рассказанных дедами, отцами, внуками.


Родина концлагерь
Инна: Наконец, фрицы смилостивились. Двое дюжих солдат, держа в руках скрученную простынь, стали со всей силы давить ей на живот, проводя с обеих сторон жгут сверху вниз. Часа через два Соня вдруг напряглась, надулась до кровавой маски и с рыком, похожим на рокот мотоциклетки, выдавила из себя горестное маленькое создание, тут же заоравшее на весь белый свет…Много лет спустя тетя Соня уже рассказывала об этом с улыбкой и нежностью – это был ее первенец, мой двоюродный брат Виктор. Дядя Шура (тот самый юноша из лагеря, который попал в плен, будучи шестнадцатилетним) сразу после освобождения нашел свою Соню и взял ее в жены уже с полугодовалым малюткой.
История
Ксения: Жить во время войны было очень тяжело. Дети учились в холодной школе, приходилось писать на уже использованной бумаге между строчек, практически все ходили босиком, питались крахмалом или же травой, зимой откапывали гнилую картошку из-под снега, растирали ее в муку.   Ходили полуголодные. Летом было легче: все школьники ходили в поле работать. Дома были маленькие, в них жило несколько семей, света не было.
Фонарей, как в настоящее время, естественно, не было. И как-то ночью практически каждую улицу заполнили  волки. Они не боялись заходить в деревню, так как там было темно, а волки были очень голодны. Местные жители сидели дома, старались не выходить на улицу.
Танец журавлей
Евгения: Вскоре на фронт ушел сын Евдокии Николенька – молодой резвый юноша, только-только оперившийся журавушка. Соседи успокаивали: – Жди Дуняша, жди, воротятся твои журавли. Как хотелось бы написать про скорый мир и про долгожданное возвращение близких людей, про радость встреч и счастливое завтра… Даже в годы войны Евдокия по весне ходила смотреть как танцуют менуэт эти грустные птицы. Как-то раз Дуняша увидела одиноко танцующего журавля, почувствовала недоброе, расплакалась… а через три дня пришло трагическое известие о гибели мужа Максима. Словами горе не предать. Война научила стойко переносить потери. Евдокия стала молчалива, куталась во влажную от слез старенькую шаль...
Войну помню, будто сейчас...
Линда: В селе только женщины были, все мужчины -  на войне. Окопы женщины копали. Мать как-то меня с собой взяла. Пожилой мужчина руководил работой. И вдруг, - самолеты летят! Так низко начали летать. Недалеко оттуда располагался МТС, там же и цистерны с бензином. На них начали сбрасывать бомбы. Мужчина как закричит: "В окопы! Ложитесь! В окопы!". Мать меня бросила в окоп и сверху легла, меня укрыла. Как сейчас помню... Тогда никто не погиб. Враги разбомбили цистерны и быстро вернулись. Какой был взрыв! Как все горело!.. Ужас какая была война... Вот у нас в селе, казалось бы... А такая война!
Радость со слезами на глазах
Михаил: Школу пришлось оставить, когда учился в шестом классе, потому что я вынужден был пойти работать. Работал я учеником электрослесаря на комбинате Микояна. Рабочий день был двенадцатичасовой, редко мы работали по восемь часов.  Ещё нас вывозили копать окопы в район села Михайловка. Работа шла под лозунгом «Всё для фронта, всё для победы!». В войну было очень голодно. Люди умирали прямо на улицах. Чтобы хоть чем-то питаться, мы ловили рыбу на реке Кутум. Во время войны существовала карточная система – хлеб давали по карточкам и определенное количество: всем по 400 грамм, а рабочим по 500. Сейчас такой хлеб, как давали нам, и собака бы есть не стала, но тогда и этот хлеб казался вкусным.
Раны войны в детской душе
Валентина: Над нашим селом довольно часто летали немецкие самолёты. При чём летали они низко над землёй, почти задевая крыши домов. Иногда самолёты бомбили Енотаевку, а когда самолет снижался, лётчики стреляли из автоматов.  Я думаю, что это были разведчики. В конце нашего двора был вырыт блиндаж. В нём мы прятались от бомбёжки. Во время войны был сильный голод, мы не ели по нескольку дней. Многие мои сверстники умерли от этого. Ели то, что попадалось: коренья, отходы от тыквы и картофеля, которые собирала мама.

12.12.2017
О "Народной книге" пишут!

Анастасия: "А заинтересовала она одной простой фразой: представляете, «один отдельно взятый папа» может быть интересен. И сразу осознался огромный смысл проделанной работы. И даже военная тематика этой серии показалась не такой заезженной до дыр, потому что для «конкретного папы» это был рассказ о самом страшном и одновременно очень ярком событии в жизни. Да и рассказ этот был  не в 105 раз от дедушки внукам, а всем без исключения: знакомым и незнакомым, разного возраста и разной судьбы".

03.10.2017
Виктория Шервуд: «Для «Народной книги» я стараюсь отбирать истории живые и эмоциональные»

Виктория Шервуд (Санкт-Петербург) – редактор, писатель, журналист. Во многом благодаря ее работе увидели свет народные книги – «Блокада», «Дети войны. Народная книга памяти», «Как мы пережили войну», "Бессмертный полк". Как собирались эти книги? Какой след в душе редактора они оставили? Как возникла идея издавать книги о героях минувших дней? Об это и о многом другом спросил у Виктории корреспондент «Народной книги».