12 Июня 2017

Эй, вратарь, готовься к бою!

ВНИМАНИЕ! КОНКУРС «ФОТООТРАЖЕНИЕ ДЕВЯНОСТЫХ»!
Только до 30 июня 2017 года оргкомитет проекта «Народная книга» принимает конкурсные авторские фотоработы (снимки из семейных архивов) по теме «Были 90-х» . Самые оригинальные и выразительные снимки будут опубликованы в книге «Были 90х», публикация которой планируется в ноябре-декабре 2017 года. Остальные присланные работы будут опубликованы на ресурсе «Народная книга. Были 90х».

1 сентября 1972 года я перешел в другой класс, 4 «В», где мне была уготована непростая жизнь. Большинство учеников нового класса были знакомы между собой с самого раннего детства: их переселили из каких-то бараков с Суконной Слободы. Многие байки о прошлом так и начинались: «Когда мы жили в Старых бараках...» Большое значение для пацанов имело наличие старших братьев или просто приятелей. Так и говорили: «Он ходит с таким-то». Имярек «такой-то», разумеется, должен был принадлежать к числу «блатных», как они себя называли. У меня, к сожалению, ни старших  братьев, ни корешей из «блатных» не было.

Но и собственные кондиции имели значение. В новом 4«В» я сразу оценил, что кое-кто из пацанов незаслуженно ставил себя выше меня только потому, что учился в нем с первого класса. Продвинуться вверх по иерархической пацанячьей лесенке можно было только одним путем - через «махач» (драку). И он вскоре случился! Сцепился как-то с одноклассником по кличке «Грузин», и он дал мне в морду или, как мы выражались, «промеж ушей». Зачастую конфликты ограничивались агрессивной риторикой, угрозами и толчками друг друга в грудь, не переходя в махач, несмотря на подначивания «болельщиков». Но Грузин явно переоценил свои силы. После короткого динамичного махача он неожиданно отвернулся и, закрыв лицо руками, заплакал: я удачно попал ему в глаз. Это означало победу. Меня, еще не остывшего от схватки, стали хлопать по плечам новые одноклассники: «Молодец!»

Но на наших будущих отношениях с Грузином тот махач никак не отразился. Просто он, а вместе с ним и другие обитатели «его» ниши в «табеле о рангах», сделал для себя правильные выводы, а я уверенно шагнул на одну ступеньку вверх. Потом мы с ним стали приятелями, к тому же нас объединял жгучий интерес к футболу и хоккею.

Умение играть в футбол и хоккей, разбираться в них было тогда обязательным для любого уважающего себя казанского пацана. Безусловным авторитетом слыл среди нас бывший однокашник из 4«А» Эдик Маматов: всегда побеждала та команда, за которую играл Эдик, что в хоккей, что в футбол. Позже он даже выступал за «Рубин». Весной и летом любая ровная полянка превращалась в футбольное поле, воротами становились камушки или школьные портфели. А зимой мы расчищали снег, используя его для строительства бортов, и заливали хоккейную площадку. Штангами служили сложенные стопками и облитые водой кирпичи, правда, ворота оставались без перекладины, а площадка - без задних игровых зон.

Осенью того же года состоялась историческая, незабываемая серия матчей СССР - Канада. Мы бредили этими играми. Конечно, прекрасно знали и любили наших хоккеистов - их постоянно показывали по телевизору, их имена были на слуху. Но вот канадцы... Волосатые, без касок, с выбитыми передними зубами, постоянно что-то жующие — они идеально походили на крутых пацанов. Именно поэтому они, а не советские хоккеисты, стали тогда нашими настоящими кумирами, отчего мне даже немного стыдно. К тому же серию, пусть и с минимальным перевесом, выиграли «Кленовые листья». За право носить имя кого-нибудь из канадцев шли упорные споры. Я, помнится, стал «Питером Маховличем», но этим громким именем канадского нападающего меня наградил сам Маматов! К сожалению, из-за тех же канадцев стало входить в моду драться прямо на площадке во время игры (до этого невыясненные спорные «моменты» оставляли для разборок после матча).

Тогда же я впервые услышал выражение «жевательная резинка». Крайне редкие случаи появления ее у кого-то из пацанов становились настоящим событием: на обжёвки выстраивалась очередь, поэтому даже самый маленький кусочек «жвачки» ценился на вес золота и проживал долгую жизнь. Кому жвачки не доставалось всё равно во время игры совершали энергичные жевательные движения.

Так мало-помалу я вживался в новый для себя коллектив класса: мог грамотно «вклеить промеж ушей», играл и разбирался в хоккее и футболе.

Ежегодно в нашей школе проводились чемпионаты по параллелям классов. Зимой - по хоккею, весной - по футболу. Их организатором был физрук Леонард Георгиевич Качалич. Попасть в сборную класса считалось за честь. Капитаном и футбольной, и хоккейной команд был еще один «авторитет» нашего класса по кличке «Срих» - он отбирал кандидатов в основной состав. Моей страстью был последний рубеж - ворота! «Эй, вратарь, готовься к бою!» Именно к бою! Невозможно описать тот азарт и страсть, с которыми бились пацаны за спортивную честь класса! Я не любил играть в хоккейной маске (пластмассовой штамповке на резинках): дышалось с трудом, видимость плохая. Поэтому регулярно получал увесистым мерзлым куском резины в морду. Даже как-то раз зуб шайбой выбили. Не беда: прибежав домой, выплюнул зуб, отполоскал кровь и... понесся доигрывать матч.

Мы неизменно проигрывали «А»-классу: противостоять Маматову было невозможно. В седьмом классе, помню, счёт в футбольном матче с ними долго держался ничейным. Неужели выстоим и сотворим сенсацию? Но под занавес игры в мои ворота влетели две «банки»... Забив, Эдик никогда не скакал, как обезьяна, или истошно орал «го-о-ол!». Он всегда с невозмутимым видом возвращался на свою половину поля. Мы же, в очередной раз продув, не забывали напомнить: «Чё радуетесь-то? Если б не Маматов...» Обычно мы занимали вторые места, обыгрывая остальные три параллельных класса.

Где-то с восьмого класса Эдика стало видно всё реже и реже: он много и упорно тренировался, собираясь перейти в спортшколу. И вот, с волнением узнаем: на матче хоккейного первенства школы Маматов за «А»-шников сыграть не сможет. Неужели у нас появится реальный шанс впервые в истории стать чемпионами?

Матч начался. Я стоял, как лев, мои ребятки носились, как угорелые! Счёт в нашу пользу всё рос и рос. Я пребывал в приподнятом, почти победном настроении. Вот ваша истинная цена без Эдика Маматова - ломаный грош!

Что случилось со мной в последнем периоде до сих пор не могу объяснить даже себе самому. Потому как посыпалось всё: любой точный бросок по моим воротам — гол! Разрыв в счёте стал неумолимо сокращаться. Когда же конец матча?! А «А»-шники вошли в раж! До сих пор перед глазами их тройка нападения. Я умоляюще смотрел на них, будто просил: ну, не надо мне забивать! До конца матча времени оставалось совсем немного. Счёт сравнялся. Ладно, ничья так ничья — хрен с ней! Победная шайба «А»-шников влетела в мои ворота вместе с финальным свистком. Они торжествовали. Всё, мы продули... Наши перемахнули через борт, накинули на себя куртки и, не глядя в мою сторону, стали снимать коньки. Я подошел к раздавленным поражением одноклассникам и, постояв минутку, что-то вякнул. Срих поднял на меня глаза и, чуть не плача, сказал всего одну фразу: «Из-за тебя проиграли!»

Что я могу сказать? Срих, Грузин, пацаны! Я всю жизнь переживаю тот матч! Встретив меня, Эдик назидательно изрёк: «Видишь, мои ребятки и без меня вас «сделали»!» Крыть было нечем, только жалко блеять. Впрочем победители всё же поведали Маматову о том, как по всем статьям уступали до третьего периода, и как потом неожиданно пошла «лажа» у Муратова, хотя вначале он был почти непробиваем.

Количество девятых классов предполагалось сократить на один, поэтому весной педсовет нашей школы принял решение о расформировании моего бывшего «А»-класса. Грядущий футбольный чемпионат становился для них прощальным. К тому же уходил из школы Маматов.

Матч между нашими классами был расписан последним: Леонард будто чувствовал, что он станет решающим. До этого мы с ними шли «ноздря в ноздрю», привычно успешно разобравшись с тремя остальными классами. Но «А»-класс потерял очко, сыграв (без Маматова) с кем-то вничью. Эдик заранее попросил Леонарда застолбить дату и не менять ее, пообещав вырваться сыграть прощальный матч за родной класс. Их устраивала только победа.

И вот долгожданный день матча настал! Начали они, как обычно, не спеша: суетиться Маматову было не к лицу. Мы же стояли насмерть. Время шло, а голов не было - ни в мои, ни в «А»-шные ворота. Но вот Грузин каким-то чудом вчистую отобрал у Эдика мяч, вот Срих опередил его на перехвате, вот жёсткое игровое столкновение закончилось для Маматова обидным падением с поднятием целой тучи пыли (на таких стрёмных полях он играть уже отвык). Чувствовалось: Эдик начал нервничать. Свисток на перерыв — 0:0! Первый тайм выстояли!

Второй тайм продолжился по тому же сценарию. Эдик опять завалился, задрав ноги. Кто-то из болельщиков (а их тогда пришло немало) засмеялся и подколол его: «Ну, чё копыта-то развалил, вставай, давай!» Вскоре последовали широко известные в таких ситуациях приёмы - апелляции «звёзд» к судьям и выпрашивание пенальти. Маматов один раз что-то недовольно кинул Леонарду, судившему тот матч, потом второй, третий... Наконец, Леонард не выдержал и громко выдал ему, принципиально перейдя на «вы»: «Я сейчас Вас выгоню с поля!»

Минуты таяли мучительно долго. Прекрасно помня недавнюю зимнюю трагедию, мы боялись даже думать о почти нереальном: положительном для нас результате и, как следствие, чемпионстве. Эдик начал орать на своих одноклассников. Ну а что ты, дорогой, хотел от дворовых «чайников»? Ты же вырос с ними и знаешь их, как облупленных!

Счёт по-прежнему 0:0. В нашу пользу. Конечно, случайный гол, или «дурачок», мог залететь в наши ворота в любой момент - многострадальная сборная России, к примеру, знает это «как Отче наш». Но я в тот день тащил всё, мяч просто-таки лип к моим рукам! Однако «дурачок» мог залететь и в их ворота - на то он и «дурачок». Маматов стал мочить по нашим воротам из любого положения, не видя более разумных игровых решений - в тот момент он ненавидел своих неумелых одноклассников. Но прицел у него явно сбился: то был воистину «не день Бекхэма»!

Финальный свисток! Ничья, равносильная для нас победе! Ура! Мы — чемпионы! Расстроенный вконец Эдик начал агрессивно «наезжать» на всех, пришлось нашей команде сгрудиться: «Ты чё, в натуре, «Пеле» хренов?! Промеж ушей захотел?» Только праздник «на нашей улице» подпортил. Впрочем Маматов был настоящим спортсменом и взял себя в руки, прекрасно понимая, что «после драки кулаками не машут».
Петр.

Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook

Конкурс «Были 90-х»

Не забывайте размещать свои истории о 90-х годах в Facebook, помечая их хэштег #Были90х 









29
Мне нравится