26 Февраля 2017

Гай-Кодзор

Что вы знаете о третьем трудовом семестре? Если довелось вам жить в Советском Союзе, да ещё обучаться в вузе, то, безусловно, знаете. А всем остальным я сейчас о нём расскажу. Вы, загорелые и отдохнувшие после летних каникул, с лёгкой грустинкой о прошедших беззаботных днях, приходите в родной «Альма-Матер». А вас незамедлительно вместо лекций или семинаров отправят на месяц, а то и на два, на картошку или уборку винограда. Это в том случае если вам выпала честь учиться в Краснодарском политехническом институте.

***

Подали автобусы. Делясь впечатлениями о бесшабашных летних деньках, мы и не заметили, как очутились в винсовхозе с красивым названием «Гай-Кодзор», расположенном всего-то в каком-то десятке километров от берега Чёрного моря. Старост групп (в том числе и меня) немедленно собрали на оперативное совещание. А как же без этого. Вроде бы как демократия, с правом совещательного, то есть безропотно поддакивающего голоса. Перед студентами была поставлена задача: Как можно больше и чаще срезать гроздья винограда и укладывать их в корзины. Затем доверху наполненные корзины закидывать в металлическое корыто, установленное на движущемся тракторном прицепе и именуемое красивым словом «лодочка». Моё предложение сформировать из студентов мужского пола отдельную «ударную» бригаду грузчиков было принято благосклонно и незамедлительно. Автора этой идеи, как самого весомого, в смысле, обладающего наибольшей массой тела определили в ту самую «лодочку». Выдали болотные сапоги с тем, чтобы я утаптывал урожай добиваясь максимально возможного заполнения металлической тары. Второй вопрос на повестке дня был традиционный — питание помощников, то есть нас, студентов. Согласно калькуляции, надо было уложиться в девяносто копеек на одного едока в день. При трёхразовом питании это сделать было не так просто, даже в то далёкое советское время. Почесав затылки, решили отказаться от дорогого кофе и тем паче от какао, оставили только чай, конечно без лимона и без сахара. А для разнообразия ассортимента местные товарищи предложили совхозный напиток, типа компота. На том и порешили. После размещения и скромного обеда — бутербродов с чаем (без сахара!), дружно вышли в поле. Забегая вперёд, скажу, что по просьбе наших девушек, мы оперативно превратили плетённые корзины в подобие больших, почти плоских тарелочек. И нашим милым дамам хорошо (учёт выполненной работы производился путём нехитрого подсчёта количества собранных корзин!) и нам неплохо: плетённые тарелки всё же легче закидывать на тракторный прицеп, чем тяжёлые корзины. Инженерная мысль стала иногда проявляться в наших ветреных головах уже в те младые годы.

***

На закате усталые и чумазые студенты и студентки, еле волоча ноги, ковыляли до вожделенной столовой и — о радость! При входе в неё стояла большая бочка с местным дешёвым напиткам, типа компота, без сахара! А теперь догадайтесь с трёх раз — какой напиток в него налили сотрудники столовой винсовхоза? Усталость как рукой сняло. Радость и безудержное веселье продолжалось дня три, пока наш неугомонный парторг ездил по инстанциям, дабы прекратить образовавшееся безобразие. Бочку заменили на бадью с квасом, но только для студентов. Небольшой бочонок с местным напитком, типа компота, украшал столы преподавателей в течение всего нашего трудового семестра. И ничего тут не поделаешь — демократия!

***

Тёплое Чёрное море, вот оно почти рядом. Всего-то через гору, покрытую южным дремучим лесом, перейти. Отработал до шести вечера, поужинал и вперёд десять километров через горный лес и ты на вожделенном галечном бережку. Искупался, увы, не позагорал. Солнце уже давно за горизонтом. И назад в лагерь. Сейчас меня на такой подвиг вряд ли можно сподвигнуть, а тогда запросто! Навигаторов в ту пору ещё и в помине не было, да что там навороченных гаджетов, простого компаса у нас и то не было. А посему я и мои друзья, удалые грузчики, банально заблудились. Солнце нахально клонилась к горизонту, грозя оставить бедных студентов вообще без какого-либо источника света. Наше бытиё в этом лесу грозило превратиться в беспросветное! Совещание с одним вопросом «Как быть?» решили провести здесь же, на большом камне. Уселись, помолчали. Ещё помолчали и вдруг нашли, и прочли на этом холодном, неодушевлённом предмете заветную надпись! Нет, на нём не было написано «Налево пойдёшь… на право пойдёшь…» и так далее. На нём была куда более прозаичная и очень обидная строка: «Здесь сидели девочки-студентки Политеха, из группы 72-ТХ-». Девчонки наши были и вышли, нашли-таки дорогу, а мы? Да мужики мы или нет? Мы вообще вот прямо сейчас дружно встанем, возьмём и найдём дорогу.

И нашли, правда, не сразу, а поплутав по ночному лесу часа два, три, четыре. Разглядели всё же далёкий заветный огонёк. Чай не тайга или тундра. Цивилизация! А тут ещё кабан немного помог. Пронёсся где-то совсем рядом, ломая ветки. Короче норму ГТО по бегу, по сильно пересечённой местности, мы в ту ночь сдали дружно и, по всей видимости, на золотой значок, ну, или в крайнем случае на серебряный!

***

Как говорится, в своём курятнике… Короче, чего там говорить, закрутил я с местной девушкой, живущей аж на другом конце этого самого Гай-Кодзора. Как и полагается, провожал её до дома, защищая не знамо от кого. Это не с ней, а со мной хотели разобраться местные потенциальные ухажёры. Да вероятно, мою фигуру бригадира грузчиков издалека было видно. Речь в общем не о том, а о банальном чёрте, ну, таком, с рогами и копытами. В один из не очень хороших вечерков я засиделся в гостях у своей, ну, в общем, у той, о которой я вам уже рассказывал. Её папа угостил меня домашним вином, скажу прямо, хорошо так угостил, почти что по-родственному. Остаться на ночь, конечно, не предложил. Студенты в то время свято блюли все заповеди «Морального кодекса строителей коммунизма». Пришлось мне в ту безлунную ночь топать через виноградники, чтобы, значит, напрямки к нашему лежбищу. Темень стояла такая, хоть глаз выколи, вот я и угодил в какую-то здоровенную ямищу. Кто и зачем её выкопал, то тайна страшная есть, мне неведомая. Короче, свалился и лежу. Благо после литры выпитой ни боли, ни страха особо не ощущаю. Попытался выбраться — высоковато, да и земля осыпается, всё норовит в рот угодить. Решил я это бесполезное занятие прекратить и уснуть прямо здесь. Утро оно завсегда вечера мудренее, опять же на работу идти не надо, я уже здесь, на работе, то есть на виноградниках. А что без завтрака останусь, так не беда. Виноградом и позавтракаю. Пошарил в темноте, чтобы, значит, хоть какую-то соломку отыскать или хотя бы ветку — под голову положить. Но нашёл не ветку, а что-то мягкое, тёплое и вонючее. Стал ощупывать. Шерсть не шерсть, но большое. Опа! — на, — рог и ещё один. Не иначе чёрт, больше некому. Метнулся в сторону и угодил головой в копыто. Всё! Чтобы я этот местный компот в рот взял, да ни за что, больше ни капли! Как я из той ямы вылетел, как до своих хлопцев добежал, — не помню. Стал их будить, чтобы фонари взяли и шли со мной чёрта смотреть. Выслушал, всё что они обо мне в три часа ночи думают, схлопотал в ухо, обиделся и уснул. А утром мы не без усилий извлеки из ямы … козла. И за находку этого самого «чёрта», местная бабушка, уже отчаявшаяся отыскать своё дорогое парнокопытное, выставила нам изрядное количество, ну, сами знаете чего. Да, того самого, что я больше в рот ну ни капли!

***

Всё в нашем мире имеет своё начало и свой конец. Подошёл к концу и наш трудовой семестр в винсовхозе с красивым названием Гай-Кодзор.

Вечером нам торжественно, под туш, льющийся из огромного бабинного магнитофона, вручили почётные грамоты и весьма скромные денежные премии. После чего мы выставили на площади свои негнущиеся, насквозь пропитанные виноградным соком рабочие брюки и куртки. Позвали наших девчонок. Подожгли спецодежду и устроили пляски папуасов из Политеха. Сами понимаете, что у каждого из нас, как говорит Михаил Жванецкий — было. А на следующее утро старенькая, сухонькая бабушка-кастелянша безжалостно разбудила нас и потребовала вернуть принадлежащее совхозу имущество, а именно робы хлопчатобумажные, проходящие у неё по статье спецодежда. В противном случае мы обязаны вернуть в кассу предприятия по 37 рублей 60 копеек. Так как имущество казённое и его просто так прилюдно жечь никому не позволено. Вот вам и сон с пробуждением кошмарным. Автобусы приедут за нами часа через два. А посему мы все как один бросились на дорогу, ведущую от совхоза на винзавод. За этот месяц студенты-грузчики перезнакомились со всеми местными шоферами, встали поперёк трассы и взялись за руки. Гайдаевсую «Кавказскую пленницу» видел любой из нас и не один раз. Без всяких объяснений конфисковали у шоферов их водительские комбинезоны, ну, те самые, в которых они под своими машинами что-то постоянно чинят. На их глазах разорвали их на части, тем самым превратив в костюмы типа «спецодежда». Сколько было высказано в тот день великолепных комплиментов бабушке-кастелянше, про то отдельный сказ. Но заветные 37 рублей 60 копеек каждый из нас смог-таки сохранить! Потратили их чуть позже на девчонок-сокурсниц, самых милых, обаятельных и привлекательных в мире! С той поры воды утекло великое множество. Мы стали инженерами, большими и не очень начальниками. Объездили весь мир. Отведали и фуа-гра и хамона, и ещё много чего заморского. Как и полагается, обзавелись детьми и даже внуками, а как же без этого. Нынешние поколение студентов, гоняясь при помощи навороченных смартфонов за неуловимыми покемонами, и представить себе не может насколько вкусна банальная картошка, запечённая на костре и как аппетитна горбушка хлебного кирпичика за шестнадцать копеек. Как говорится, каждому поколению свое!

Александр

Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook

Конкурс «Были 90-х»

Не забывайте размещать свои истории о 90-х годах в Facebook, помечая их хэштег #Были90х






11
Мне нравится