29 Июня 2017

Как я стала мамой

ВНИМАНИЕ! КОНКУРС «ФОТООТРАЖЕНИЕ ДЕВЯНОСТЫХ»!
Только до 30 июня 2017 года оргкомитет проекта «Народная книга» принимает конкурсные авторские фотоработы (снимки из семейных архивов) по теме «Были 90-х» . Самые оригинальные и выразительные снимки будут опубликованы в книге «Были 90х», публикация которой планируется в ноябре-декабре 2017 года. Остальные присланные работы будут опубликованы на ресурсе «Народная книга. Были 90х».

        1985 год.  Умирает моя  добрая мама.   Мне 38 лет. Я учитель. Очень люблю свою профессию, люблю свою школу, люблю своих учеников  и…, не очень умею просто жить.

         Я  побывала замужем, но недолго и несчастливо. И остальные мои  романы  также кончаются неудачно. Детей нет, семьи нет, дом неуютный, а в жизни главное- работа. Там я, по- настоящему, счастлива.

 Год я  учусь жить одна и понимаю, что могу и в будущем, остаться  одна. А  все попытки родить  ребёнка  успехом не увенчались.

  И я принимаю решение усыновить ребёнка. Правда, я  одна, без мужа.   Но документы у меня берут, и  я начинаю ждать результатов,  фантазируя себе мою жизнь с сыном. Я вначале мечтала о мальчике.

  Идут годы, а моя очередь остаётся 39-й.

  Я  меняю работу, становлюсь Директором Дома пионеров в одном из городов  -  спутников нашего большого города. Работа новая,  интересная. 

  Наступают  90-е годы ХХ века. Мои счастливые 90-е!

 Летом 1990 года я еду отдыхать по путёвке  на море. В нашей группе много детей и, я понимаю, что с каждым годом я теряю возможность стать мамой, потому что я элементарно взрослею, если не сказать, старею. Вернувшись в родной город, я пытаюсь узнать,  какова моя очередь. Она всё та же – 39-я.  Но я уже другая!

 Чиновники это поняли,  и  я получаю направление в один из Детских домов. Одиноким женщинам давали детей на усыновление   не младше 5-лет. Я согласна.

Август 1990 г. Дети на даче. Заведующая, узнав моё желание, сообщает, что претенденты на усыновление есть, но девочки и не у всех всё в порядке с документами и здоровьем. Она предлагает мне пройтись по Детскому дому и познакомиться с ребятами. Мы заходим в группы, столовую, игровые; Я везде вижу детские  глазёнки с надеждой и сама смотрю на них  с надеждой.

 В одной из комнат я обращаю внимание на чумазого  мальчишку и задаю вопрос: - «Что с ним?»,  а отвечает и  рассказывает мне  не он, а его соседка, девочка 5-лет с хитрыми и весёлыми глазками. Во время разговора, мы позабыли обо всём. Заведующая тихонько сообщает мне, что эта девочка – одна из претенденток на усыновление. Правда, она не совсем здорова  и   есть проблемы. Но мне уже всё ясно.  «Это она!» - говорю я  и …

Начинаю процесс удочерения.

          Я собираю документы, общаюсь с чиновниками, получаю свои характеристики, показываю свою квартиру, готовлюсь к семье.

         Через  два месяца мне разрешают брать девочку домой , погостить на выходных. А в это время  решается вопрос с её здоровьем и другими документами.

         Мне никогда не забыть, как я уходила из Детского дома, вернув девочку с выходных.  Детишки бежали вдоль забора и кричали: «Мама, не уходи!»  Воспоминание до слёз!

         Я помню наши первые выходные. Мы пытались приспособиться друг к другу, учились понимать друг друга; я училась быть мамой, она дочкой. Я  стала создавать нашу семейную историю и коллекционировать её интересные поступки и слова.

         Мы обедаем на кухне, гудит холодильник, доченька спрашивает:  «Кто это ?» Я, шутя, отвечаю: « Водитель» и, получаю ответ-вопрос: -

«А почему же мы его не пригласили на обед?»

         К концу 1990 г. все документальные мытарства были закончены, состоялся настоящий суд,  и было принято решение, разрешить мне удочерение.

         (Важно для тех , кто захочет повторить мой путь!  Чиновники,  какие только вопросы мне не задавали,  и  никто не объяснил, что возможности взять ребёнка из детского дома могли быть разные. Не только усыновление. Это могло быть и опекунство, в  результате которого моя доченька была бы лучше обеспечена материально;   она также была бы прописана в моей квартире и имела бы все необходимые права.  А  в голодные  90-е, я бы получала, как опекун,  около 450 рублей, а не как мать-одиночка - 30р.)

         Первые наши  годы были очень счастливые и интересные. Всё началось в декабре 1990 года. Я училась быть мамой!

Конечно, это были очень трудные годы. Мы сегодня  вспоминаем рецепты 90-х, например «куриные котлеты из лука и куриных бульонных кубиков», мы научились меняться детской одеждой и игрушками, мы приспосабливались к жизни.

 Спасибо, что я всегда была богата друзьями и, поэтому жилось нам неплохо.

          Я работала за городом,  директором.  Чтобы иметь возможность вовремя забирать дочку из детского садика, мне пришлось менять свой рабочий режим.  А в выходные мы вместе ездили ко мне на работу. Моя дочь все детские годы провела в добром  Доме пионеров,  была там как «дочь полка».

         Интересно, что  первые годы в семье, она  с удовольствием летом отдыхала в детских санаториях и лагерях. Но скоро решительно отказалась уезжать из дома. По-видимому, коллективное детство ей уже было не нужно.

Школа для нас началась сложно.  В классе было 3 приёмных ребёнка и  молодая неопытная учительница. 1-й класс был самым трудным. Возникла сложная проблема с чтением,  дочь не читала очень долго. Пока могла пересказывать  заданное слово в слово, проблема не замечалась. У неё  была отличная память.  Ещё, до школы, когда мы ездили на мою работу, все пассажиры поезда с удовольствием слушали  полный пересказ книги, которую мы читали накануне.

 И  отношения в школе были сложные, связанные  с поведением моей дочери. Независимый и свободолюбивый характер  уже проявлялся и очень ярко; Когда ей было плохо, она не плакала, а громко смеялась и, это очень раздражало учителей.

  Я перевела её в свою школу, к чудесной учительнице - моей ученице, в отличный класс, с учениками  которого, мы дружим до сих пор. Нельзя сказать, что она сразу стала учиться лучше и  стала читать, но её душевное состояние улучшилось. Интересно, что в эту школу нужно было ездить на транспорте, она отлично с этим справлялась самостоятельно и сегодня она гораздо лучше меня, знает Правила дорожного движения.

          Проблема чтения долго оставалась для  неё серьёзной.  Читать она начала  уже в подростковом возрасте после одной телепередачи.

 Сегодня, когда она  взрослая, работает,  ясно, что интеллект у неё был и есть очень высокий, а вот учиться ей не хотелось. Так часто бывает у многих детей. Я, как школьный педагог и психолог это не раз отмечала.  Почему?   Неправильный подход к изучению алфавита в детском садике; Плохой учитель в 1-м классе; невысокая мотивация и т.п.

         Итак:  Мы вместе смотрим телепередачу «Умники и умницы» и, в ходе передачи звучит интересный вопрос о старце Зосима из романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». Моя дочь задаёт этот вопрос мне, а я достаю из домашней библиотеки книгу и даю ей почитать. И в  этот день я потеряла свою дочь надолго.

 Она начала читать  с книг Достоевского, а сегодня вся русская классика в её библиотеке, особенно,  любит стихи поэтов Серебряного века.

В эти годы, я ещё раз, попыталась устроить свою личную жизнь. Человек, с которым я хотела связать свою судьбу и судьбу дочери, был  очень хорошим.  Как мог, он помогал мне, пытался стать отцом дочери, но у него до этого,  была семья и сын. И душевный  контакт с моей дочерью у него не  очень получился. Возможно, также, его  не  устраивала  моя работа и моё отношение к ней, а также, отношение нашей семьи  к деньгам. Помню его первую фразу, когда он пришёл к нам в гости – « Почему вы так бедно живёте?». А мы и  не считали, что живём бедно.

 Мы расстались. Сейчас, к сожалению,  его уже нет в живых, но мы знаем со слов его сына, что перед смертью он  вспоминал нашу семью и жалел, что ему не хватило сил остаться с нами.

          Первые годы мы  не скрывали, что моя дочь приёмная, так было до 14 лет. Но когда  она получала паспорт и, я ответила честно на вопрос об отце моей дочери, что не знаю, ни отца, ни даже родной матери и…

 Был очень серьёзный конфликт. Дочка  долго не разговаривала со мной. Пришлось дать обещание, что  вопрос о том, что она приёмная, мы  больше не поднимаем. Мы родные и это навсегда!

         Итак, мы продолжаем строить нашу семью. В  14 лет наступает тот трудный подростковый период, который переживает любая семья, любая родная мама. Этот трудности коснулись  и меня.

         Если до этого времени в наших отношениях главным камнем преткновения было проблема одежды, то в 8-м классе, мы столкнулись, кроме  проблемной учёбы, с излишней борьбой за независимость. Появились не очень хорошие и успешные друзья, дворовые кампании, сигареты и даже, лёгкие алкогольные напитки. Мне пришлось уйти с должности Директора Дома пионеров, вернуться в родную школу, чтобы быть ближе к ней. Несмотря на то, что подобные проблемы могут быть в любой семье, я даже грешила на генетику, на то что она, возможно, повторяет судьбу своей родной мамы ,мы ведь ничего о ней не знали. Интересно, что подсознательно, она тоже об этом думала. Был грустный случай, когда она долго не приходила домой с прогулки и, поискав , я нашла её сидящей на лестнице, на 7-м этаже, в не очень адекватном состоянии. Наутро я спросила её, знает ли она, каково отношение к алкоголю было в её семье, может ей нельзя даже «нюхать» алкоголь?

 Я не могу сказать, что на этом наши проблемы кончились, но алкоголь исчез из её жизни навсегда!

         Постепенно и с этой подростковой проблемой, мы справились. Она перешла учиться в вечернюю школу и в старших классах в её судьбе появилась ещё одна удивительная учительница литературы. И если, 9 класс она закончила почти  с одними тройками, то старшую школу  очень хорошо.

Наладились и наши личные отношения, испортившиеся в предыдущие подростковые  годы.

          Окончив школу, дочь получила образование в Художественном  училище. К сожалению, по профессии она не работала,  но зато друзьям дарила  и  дарит  красивые  творческие работы .

         К этому времени, ей  стало ясно, что  ближе всего ей  профессия психолога  и, она заочно заканчивает психологический факультет Гуманитарного института. Почему заочно? Потому что мы продолжаем жить небогато, за институт надо платить и, она должна работать. 

Сегодня ясно, что она выросла  человеком, который умеет и любит трудиться , любое дело она делает качественно и хорошо. Хотя  моё неумение зарабатывать, она тоже повторила.  Денег у нас как нет  так , наверное, уже и  не будет. Но, мы научились довольствоваться малым, понимая, что счастье не в деньгах. Мы  можем даже экономно путешествовать по миру,  купить что-то в дом; часто ходим в театры и в музеи, любим  гостей.

         Перед тем, как моя дочь нашла работу по призванию, ей пришлось долго  искать эту работу,   она тогда  бралась за любой заработок,  чтобы жить  достойно и счастливо.

         Сегодня я не работаю.  Много времени уделяю своему здоровью.

         А моя дочь взяла на себя всю нашу бытовую сферу. В её руках все наши  деньги, она ходит  в магазины, отлично убирается, готовит, ведёт наше хозяйство

 Хорошо и с удовольствием работает на основной работе, один раз в неделю работает бесплатно в общественной благотворительной детской организации, с удовольствием учиться, повышая качество работы психолога.

 Отлично общается и, я часто замечаю, что мои друзья   приходят в наш дом не только ко мне, а может даже больше к моей дочери. Она хороший  собеседник, помощник, друг.

         Я пока не дождалась  внуков и не знаю, когда дождусь.

 В этом она повторяет мою судьбу.  Ей не скучно с собой и со мной.  Но мы, как и прежде, богаты друзьями разного возраста,

 Сегодня, мы живём очень яркой, интересной жизнью. Она помогает мне, я помогаю ей,  и  мы очень дружим!

         Тяжёлые, голодные 90-е годы подарили мне  и  миру хорошего человека, мою дочь;

А мне 90-е подарили абсолютное счастье и счастливую старость! Спасибо 90-и годам!!! 

Галина Садовская





1
Мне нравится