27 Июня 2017

Малиновый пиджак

Теплым июньским днем 94-ого Лёха с женой перевезли вещи в большую двухкомнатную квартиру в старом фонде около моста Лейтенанта Шмидта и завершили, наконец, переезд из малогабаритной двушки в районе четырех идиотов, добавив к ней, доставшуюся по наследству от бабушки комнату в коммуналке. Это нелестное имя в народе спальный квартал получил по названиям ограничивающих его улиц: Передовиков, Энтузиастов, Наставников и Ударников.

Переезд занял целый день. Леха с женой улеглись на новом месте, и отяжелевшие веки сами сомкнули глаза. После тяжелого нервного дня Морфей должен был принять в свои объятия немедленно, но...

«Зззззз....» - зазвучало со всех сторон.

Днем, пока грузчики выносили мебель прежних хозяев и заносили Лёхину, окна были открыты на распашку. Не ожидал он такого комариного изобилия в центре города. Но оказалось, что близость Невы и каналов очень привлекательна не только для людей, но и для этих маленьких кровопийц.

Сначала просто отмахивались, потом бегали по комнате с полотенцем, хлопая по стенам. Затем поняли бесполезность борьбы, и так как сна уже не было ни в одном глазу применили испытанное снотворное – занялись сексом. Часа в четыре угомонились и заснули, а в начале шестого раздался страшный скрежет металла о металл.

По площади Труда пошел первый  утренний трамвай. Рельсы на площади напоминали позвоночник с s-образным сколиозом, поэтому каждый трамвай оповещал о себе неимоверным скрежетом. Мутным взглядом при свете раннего июньского солнца осмотрели обретенную квартиру. Пришли в ужас. Пока она была с мебелью бывших жильцов, то казалась вполне сносно отремонтированной, но теперь без мебели ,бросалось в глаза насколько выгорели и облезли обои, как не ровен пол, а потолок по углам пятнист от протечек.

Жена уехала на дачу, где с бабушкой проводил лето сын. Ради него и затеяли переезд в центр - к школе, до которой Лёха каждое утро два года возил его через пол-города.

Иномарка, на которой последний год рассекал Лёха, была приобретена у отца одноклассника и выглядела солидно – черная, большая, с четырьмя колечками Ауди на капоте. Круто смотрелась, особенно в сравнении с его предыдущим Москвичем-412 ... пока ехала. Но делала это строптивая Ауди далеко не всегда. О ее возрасте судить было затруднительно. По техпаспорту она была Ауди, но по содержанию состояла из частей самых разных автомобилей. Недаром, Лёхины друзья окрестили ее «безродной иномаркой». Был, однако, плюс – одноклассник Мишка, сын предыдущего владельца, был автослесарем и безотказно чинил ее по гарантии. Но до Мишки на Ульянку еще надо было как-то докатить несносную старушку.

Леха, оставшись один, посчитал активы:

Квартирный вопрос, казавшийся наконец решенным, требовал новых усилий и денег.

От «безродной иномарки» необходимо было срочно избавляться – день ездит, три стоит.

Источник доходов последних трех лет – мелкооптовая продажа польской кондитерки, поначалу бывший весьма интересным – начинал иссякать.

Аспирантуру закончил, а диссертацию не защитил, таким образом, окончательно оформив развод с наукой.

Короче, еще недавно жизнь, казавшаяся насыщенной, интересной и вполне благополучной, оказалась в свете июньского солнечного дня какой-то невнятной и бесперспективной. Так радовавшая свобода и независимость, вдруг обернулась чувством незащищенности и неуверенности в завтрашнем дне.

Извечный вопрос – что делать? Захотелось Лёхе доверить свою судьбу в чьи-то надежные руки, регулярно выдающие зарплату, ну, долларов пятьсот. И еще хотелось ездить на надежной машине, так чтобы ехал и не думал, что сейчас случиться: то ли порвется тросик сцепления, то ли подломится полуось или движок встанет, выстрелив в капот свечой.

Как не крути, стабильностью веяло только с Запада, прежде всего выражавшейся в свободно-конвертируемой зарплате.

Западные фирмы все активнее начинали выходить на Российский рынок. Лёха относительно сносно, в сравнении со среднестатистическим постсоветским россиянином, знал английский. А в «Деловом Петербурге» в начале девяностых печатались объявления на английском языке о вакансиях в инофирмах. И газету можно было взять бесплатно на стойке в холле гостиницы «Невский Палас».

Так Лёха наткнулся на объявление о том, что компания Gillette подбирает персонального шофера для директора питерского филиала. Вот оно! Gillette – лучше для мужчины нет! Два в одном – и инофирма и баранка хорошего автомобиля в руках. Лёха живо представил, как, пока шеф просиживает штаны в с своем офисе, его жена, этакая фифа, звонит ему:

- Котик, ты не можешь прислать машину. Мне надо съездить в парикмахерскую, а потом поискать себе новую сумочку.

И Лёха отправляется выполнять это ответственное поручение. А там уж его воображение ни в чем себе не отказывало.

Написал резюме на английском и отправил.

Его пригласили на первый тур собеседования. Народу в офис бритвенной империи пришло как на Галёру в советское время, когда там «выкидывали» женские импортные сапоги. Вся эта разношерстная толпа желала крутить баранку иномарки представительского класса и возить в ней тушку экспата, приехавшего сюда за длинным рублем, точнее, конечно, за свободно конвертируемой валютой, которой платили рискнувшим поехать в Россию, существенно больше, чем дома.

Молодые девчонки, осваивающие новую звучную профессию HR-менеджеров, лихо расправлялись с этой толпой – быстренько проверяли знание разговорного английского и сажали претендентов заполнять тест с кучей дурацких вопросов.

- Через две недели сообщим, прошли вы в следующий тур или нет. Спасибо. До свидания.

- Надеюсь, что до свидания, - ответил Лёха и отправился в двухнедельное томительное ожидание.

Скучая в перерывах между побелкой потолка и поклейкой обоев, Лёха звонил друзьям.

- У нас один чувак осенью уволился и пошел учиться в бизнес-школу ЛЭТИ-Лованиум. Доволен, как собака двумя хвостами. Писает горячим кипятком, - поведал Лёхе бывший одногруппник Валентюк.

А он, между прочим, работал программистом в питерском филиале американской фирм Autodesk, и хотя свободы имел не больше, чем Нельсон Мандела, зато зарплату получал завидную. А кто-то берет и уходит из такой «золотой клетки» учиться в этот ЛЭТИ-Лованиум.

Лёха через два дня отправился в ЛЭТИ. На втором этаже одного из корпусов института за дверью с кодовым замком и переговорным устройством расположился форпост капиталистической кузницы кадров.

Форма собеседования была практически такая же как в Gillette. Сначала требовалось пройти тест, правда, в отличие от шоферского, направленный на проверку интеллекта и эрудиции, а не на расстановку психологических ловушек. В конце побеседовать на английском, так как обучение в бизнес-школе ведется профессорами из бельгийских университетов.

Желающих получить диплом MBA (или магистра менеджмента) было меньше, чем потенциальных шоферов хорошей иномарки. Проанализировав Лёхин тест и убедившись в более - менее сносном знании английского, ему задали последний самый сложный вопрос:

- Вы сможете заплатить две с половиной тысячи долларов за обучение?

Леха пробормотал что-то нечленораздельное и маловыразительное, означавшее: хотелось бы сказать «да», но, увы, – «нет».

- У Вас высокий результат на тестировании, поэтому мы отправим ваше резюме нашим спонсором. Если оно их заинтересует, то они пригласят на собеседование и возможно захотят оплатить ваше обучение, чтобы год Вы стали их новым дипломированным сотрудником. В этом году у нас пять спонсорских мест: два от пивзавода Балтика, одно от Volvo и два от строительной фирмы VMB, основанной первыми выпускниками нашей школы.

К волнению по поводу вызова на собеседование в Gillette прибавилась трепетная надежда на благосклонность спонсоров.

- Ты не забыл, что встречают по одежке, - задал Лёхе вопрос Ванька после третьей бутылки пива. Он зашел заценить новую квартиру. – Тебе же нужен костюм.

Лёха задумался. Он не любил костюмы, поэтому последний и он же первый костюм в его жизни был куплен на свадьбу десять лет назад. Полез искать по не распакованным еще чемоданам. Нашел. Надел. Вышел на кухню к Ваньке.

- Уйди, не позорься. Фасон – прощай молодость. И чё это там за плешь на лацкане?

Посмотрели. Лацканом, да и не только, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, изрядно полакомилась моль.

Ванька вызвался быть консультантом по моде и, допив по четвертой бутылке, они отправились на Васильевский остров, где в бывшем выставочном павильоне челноки продавали заграничные шмотки.

Лёха мерил пиджаки, Ванька смотрел с прищуром, потом морщился.

- А ну-ка примерь, - сказал вдруг он, указав на выделявшийся своей нагловатой яркостью малиновый пиджак.

- О! То чё доктор прописал, - заверил Ванька, осмотрев Лёху, неохотно надевшего одиозный пиджак.

- Да ладно тебе, стебаться. Я же не в банду податься собрался.

- А как по твоему должен выглядеть шофер крутого босса? Что скажете, девушка, - запросил Иван поддержку у уже не первой молодости продавщицы.

- По-моему, Вашему другу очень идет.

- Тогда сделайте нам очень дружескую скидку, и заворачивать не надо – на плечах унесет.

Так Лёха стал обладателем необходимого предмета в гардеробе бандита девяностых.

Стать персональным шофером директора Gillette Лёхе красный пиджак не помог. Все-таки, для полноты образа не хватало золотой цепи с крупными звеньями, вокруг короткой бычьей шеи, а не длинной цыплячьей, как у Лёхи, или хотя бы иметь сломанный нос и прижатые уши.

В Балтике и Volvo пиджак, видимо, отпугнул, и на последнее собеседование в VMB Лёха пошел в привычном для себя свитерке. И... о чудо! Бывшие выпускники бизнес-школы не только оплатили Лехино обучение, но и на период учебы назначили ему небольшую стипендию. Так Лёха вместо шофера стал обладателем второго высшего образования и диплома магистра менеджмента.

Много лет спустя Лёха затеял перестроить старый дом на даче. Стал разбирать вещи и наткнулся на красный пиджак. Сохранился как новенький. Он ведь его почти не носил. Задумался Лёха, а что бы стало, если взяли его тогда на работу персональным шофером? Пиджак точно так хорошо бы не сохранился. А сам Лёха?

Алексей




4
Мне нравится