17 Мая 2017

Мишаня - покоритель автобанов. Часть 2. Домой.


ВНИМАНИЕ! КОНКУРС «ФОТООТРАЖЕНИЕ ДЕВЯНОСТЫХ»!

Только до 30 июня 2017 года оргкомитет проекта «Народная книга» принимает конкурсные авторские фотоработы (снимки из семейных архивов) по теме «Были 90-х» . Самые оригинальные и выразительные снимки будут опубликованы в книге «Были 90х», публикация которой планируется в ноябре-декабре 2017 года. Остальные присланные работы будут опубликованы на ресурсе «Народная книга. Были 90х».


Продолжение. Начало истории

Больше, чем, не задумываясь, гнать по немецкому автобану, Мишаня любил только Шпермюль.

Что это за десерт с таким вкусным названием, я понял не сразу.

В один из вечеров, вооружившись фонариками, мы сели на наш Транспортер и отправились за этим самым Шпермюлем в небольшой городок по соседству с Бёблингеном. В этот день именно в Херренберге и можно было его отведать.

Моему разочарованию не было предела. Чисто фонетически шпермюль у меня почему-то ассоциировался с каким-то необычным, но очень вкусным десертом.

Но вместо сладкого... мы несколько часов к ряду занимались тем, что внимательно рассматривали выставленные на улицу из дома старые кресла, диваны, плиты и прочий «крупногабаритный мусор». Именно так и переводится Sperrmuell с языка Гете на язык Пушкина. Все, что было хоть сколько-нибудь годно и по размеру помещалось в Транспортер, Мишаня запихивал в него.

Сначала в Транспортере обосновались стул, мини-холодильник, тостер и еще что-то из домашнего обихода. Не понимаю, зачем он брал электроприборы, ведь скорее всего они были не рабочими.

- Ты че, - говорил Мишаня, - знаешь, что Вовка-Серпантин привез полгода назад со шпермюля? Стиралку Bosh! Подумаешь, пара царапин и вмятина, зато отлично стирает.

Холодильник, стул и еще кое-что из уже взятого Мишаней все же осталось в Херренберге, потому что... у одного из домов стоял велосипед. Мишаня тут же опробовал его. Едет. И не смог отказаться. Пришлось выставлять все лишнее, чтобы впихнуть двухколесное чудо в Транспортер. Зато, слава Богу, Мишаня удовлетворился и мы поехали пить пиво в наш семейный номер.

Меня до сих пор терзают смутные сомнения, не оставил ли незадачливый хозяин велосипеда его просто так не очень удачно припаркованным, и не испытал ли он на следующее утро разочарование от потери двухколесного друга. Но шпермюль, есть шпермюль – в разных городах в разные заранее объявленные дни, примерно раз в месяц, немцы выставляют ненужные им вещи на улицу. Соседи могут забрать себе из этого все, что им приглянулось, а под утро большие мусоровозы проезжают по улицам и увозят, все что осталось, на свалку.

В итоге доукомплектовав два Транспортера, Ладу Ниву и старинный микроавтобус раздолбанным Опель Кадетом, мы готовы были стартануть домой.

- Через Польшу гоняют только самоубийцы и бандиты, - заявил Мишаня. – Едем до Травемюнде, оттуда на пароме в шведский Троллеборг, катим до Стокгольма, оттуда еще один паром в Хельсинки и считай мы дома.

Отведенные на проезд чрез страну по транзитной немецкой визе два плюс два дня мы давным-давно исчерпали, но времена еще были вольные и, несмотря на отсутствие Шенгенских виз, границы между европейскими государствами были практически прозрачны.

Благодаря этой прозрачности мы получили от Мишани бонус в придачу к нашему эконом-туру и заехали в страну трех мушкетеров так и не встретив пограничных гвардейцев. Страсбург, который мы посетили не вылезая из Транспортера, не слишком отличался от немецких городов. Разве что страсбургские трамваи показались пришельцами из будущего.

Два из пяти наших авто достались нам без номеров. Кто-то из немцев сдавал номера, готовясь к утилизации или продаже своего старого железного друга, а кто-то был рад просто избавиться от хлама. Те что были на номерах, пусть даже и с просроченным TUV (по нашему – техосмотр) не так привлекали внимание на дорогах, как машины без номеров. Вероятность попасть на глаза полиции была не велика, но вот простые немцы были бдительны и охотно могли настучать, увидев на автобане машину без номерных знаков. Поэтому в специальной мастерской нам изготовили за шестьдесят дойчмарок две пары номеров с выбранными нами наугад цифрами и буквами. Это не вызвало ни у кого подозрения. Немцы тоже заказывали тут номерные таблички с индивидуальными надписями типа «АЛЕКС» или «ХУЛИГАН».

                Чтобы приобретенная нами табличка с цифрами стала похожей на настоящий номерной знак на нее требовалось наклеить две разноцветные наклейки. Одна свидетельствовала о регистрации авто в дорожной полиции, а вторая о прохождения теста TUV.

                Зря что ли нас в младших классах на уроках труда учили делать аппликации из разноцветной бумаги. Все-таки прекрасное образование давала советская школа. И очень полезное.

                Клей, ножницы, карандаши, бумага... и металлическая табличка превращается в настоящий номерной знак. А поди-ка отличи эти кружочки от настоящих на ходу да еще в темное время суток. Марш-бросок с юга на север Германии было запланировано совершить ночью.

                До Балтийских берегов мы добрались к вечеру следующего дня.   С паромами вышла незадача – на Швецию мы опоздали, на прямой паром до Хельсинки - дорого.

                На окраине Травемюнде нашли безлюдное местечко и устроили, поедая сандвичи, заседание географического общества. Пока прокладывали на карте маршрут через Данию, начало темнеть. И вдруг...

Из-за ближайшего поворота пустынной дороги показались сначала огни, потом проступил силуэт приближающейся толпы. Впереди шла смерть в черном плаще с косой на плече. Люди с безобразными лицами несли зажженные факелы. Взявшись за руки, ковыляли два скелета. Козлоногие сатиры били в там-тамы. Черти, ведьмы и прочая нечисть...

                Массовая галлюцинация или мы случайно свернув не на ту дорогу попали в средневековье, и это шествие изгоняющих чуму? Звуки усиливались, толпа приближалась, все более и более обретая материальные черты и рассеивая слабую надежду на мираж.

                Мы перестали жевать бутерброды и молча ждали, когда Смерть подойдет к нам. Первым нарушил молчание Мишаня.

- Ах, ешкин кот. Сегодня же хэллоуин.

                Толпа уже поравнялась с нами и мы увидели, как двое в костюмах скелетов потягивают пиво, а черт тащит тыкву с вырезанными глазами, однозубым ртом и свечкой внутри.

                Через королевство Гамлета мы проехали в темное время в густом тумане и, успев еще под утро поспать в машинах, отчалили на первом пароме в шведский Мальмё.

                Я гнал Кадет, у которого была нарушена балансировка колес, поэтому на скоростях от восьмидесяти километров в час его начинало страшно колбасить, и руль в руках дрожал, как утренний стакан у алкоголика со стажем. Но на скорости больше ста тридцати трясучка прекращалась, и я борясь с вибрациями оторвался от нашего пелетона. Собственно, цель была ясна, приехать в Стокгольм к парому, уходящему вечером на Хельсинки. Домчавшись до столицы Швеции, я легко по указателям с корабликом прибыл в порт. Времени было еще навалом, я погулял в окрестностях порта, покемарил и стал ждать своих товарищей. Забеспокоился я, когда оставалось пол-часа до отплытия, а ребят все не было. Я начал выяснять в кассах ситуацию с паромами. Будет ли следующий, какие еще есть варианты, и тут с ужасом для себя выяснил, что между Стокгольмом и Хельсинки две компании осуществляют паромную переправу – Силья лайн и Викинг лайн. И порт, из которого уходят Викинги, а Мишаня говорил именно о них, как о более дешевых, находится в другом конце Стокгольма. И я рванул... уже на подъезде к порту с одного из Стокгольмских холмов я увидел отчаливающий в море корабль с красной надписью Viking Line.

Неприятный холодок стал распространяться где-то внутри меня. Карманных денег, которые я имел на мелкие личные расходы мне явно не хватало, чтобы вернуться на Родину. Я ведь был по путевке «все включено» в эконом-туре с фирмой «Мишаня»!!!

                Приехав на причал, я сразу увидел стайку из четырех авто. Пришлось выслушать много нелестных слов в свой адрес, после чего мы взяли билеты без спальных мест и питания на паром до Турку, который отправлялся через час.

                Экономная экономика Мишани продолжилась и на пароме. Спать устроились в уютных креслах кинозала. Утром, вместе с другими пассажирами, купившими билеты с питанием, потянулись на завтрак. На входе стюарт проверял билеты. Но он не был также бдителен и строг, как воспитательница советского детсада, проверявшая чистоту детских рук перед обедом. Мне и Мешане удалось пробраться в огромный зал ресторана. Остальным товарищам вежливо предложили купить талоны на завтрак, и им пришлось ретироваться.

Попав в чрево ресторана, я ощутил те же чувства, что и Алладин, очутившийся в пещере с сокровищами. Трапеза, устроенная Ивану Васильевичу в фильме о том, как тот поменял профессию, смотрелась бесплатным обедом в приюте для бездомных на фоне этого шведского во всех смыслах стола. Хотелось всего и побольше и даже с хлебом, потому что хлеб был шведский, доселе невиданный, со всякими семечками и орешками.

Было перепробовано не более четверти разнообразных яств, когда меня стало подташнивать от обжорства.

- Давай, иди набери еще пару тарелок, - напутствовал меня Мишаня, и как фокусник извлек из кармана пластиковый пакет. – Тащи, упакуем пацанам догги-бэг.

                В режиме строжайшей экономии на всем, включая топливо, по причине острой нехватки свободно-конвертируемой валюты мы добрались до российской границы.

                Когда мы наконец, очутились после вояжа на Родине, Мишаня инструктировал:

                - Едем строго колонной, никуда не отрываемся и не отстаем. Гайцы любят тормозить тех, кто на импортных номерах, а у меня прав нету.

                Так я узнал, что Мишаня, многоопытный перегонщик автомобилей, элементарно не имеет прав на их управлением.

                - Да, все как-то не было времени заняться. Там же надо в школу ходить, учиться, экзамены сдавать – не до того.    

                Через год после нашей поездки Мишаню разыскивали серьезные ребята, но он исчез. Где он теперь, славный первопроходец и покоритель немецких автобанов, тонкий знаток шпермюля и баловень халявы, я не знаю.

Алексей Панограф






4
Мне нравится