8 Января 2018

В ТАРХАНАХ

Олег Бажанов
В ТАРХАНАХ

В конце декабря мы с женой возвращались из Москвы на машине. Стояла морозная ночь. Неслышно работал мотор, в салон тихо лилась музыка. Свет фар вырывал из набегающей темноты блестящую полосу тёмного асфальта и снежно-белую обочину. Убедившись, что супруга спит, я выключил музыку и полностью отдался успокаивающему звуку шелеста шин. Мне нравилось ни с чем несравнимое ощущение дороги, когда есть только набегающее пространство впереди и теряющееся ощущение времени.
Моя супруга Татьяна - человек незаурядного ума и просто красивая женщина - всегда восхищала меня своей удивительной тягой к чтению. Одним из её любимых писателей был Михаил Юрьевич Лермонтов.
По московской трассе нам приходилось ездить по нескольку раз в год. И жена неоднократно, проезжая мимо Тамбова, говорила, что неплохо было бы как-нибудь свернуть в сторону Пензенской области и заехать в Тарханы – место, где вырос и захоронен Михаил Юрьевич Лермонтов…

У развилки на подъезде к Тамбову пришлось сбросить скорость и свет фар выхватил указатель с надписью «Пенза».
Решение пришло само собой - проигнорировав поворот на Волгоград, я направил автомобиль по дороге на Пензу.
Рассвет застал нас при подъезде к Тарханам. Чистый снег искрился в лучах поднимающегося нам навстречу солнца, наполняя всё видимое пространство сказочной красотой. «Лермонтово» - прочитал я на дорожном указателе. У края дороги каменная стела с профилем поэта и надписью «музей Тарханы» подсказала, что мы у цели нашего путешествия.
Жена, открыв глаза, удивлённо смотрела по сторонам.
- Доброе утро! - улыбнулся я. - Мечты сбываются!

Подремав в салоне и оставив машину возле гостиницы, мы решили пройтись пешком. Погода отличная: солнечно, утренний воздух настолько свежий, что не передать словами, какой!
Конечно, сам посёлок не мог остаться таким, каким был при Лермонтове, но дом, имение и церковь, сохранившие красоту и дух того времени, хранили секреты, мечты, радости и боль поэта. Здесь он сделал первые шаги, здесь впервые взял в руки перо и бумагу, здесь рождались вечные строки, сюда возвращался, когда ему было плохо. И здесь его ждала любовь бабушки.
Купив билеты в кассе, мы присоединились к группе туристов из Москвы. В таком составе во главе с гидом – женщиной средних лет мы обошли барский дом, церковь Марии Египетской, людскую избу, дом ключника.
Удивительные люди – сотрудники музеев в России. Как правило, это пожилые скромно одетые женщины, с уставшими лицами, умными глазами и очень доброй душой. Они не избалованы жизнью, но ни одна докторская диссертация не вместит их знания своего предмета. Слушая грамотную речь этих женщин, становится непонятным, что держит их в нелёгкой и малооплачиваемой профессии музейных работников? Ведь что-то держит.
Рассказывая о жизни Лермонтова экскурсовод упомянула, что его бабушка Елизавета Алексеевна Арсеньева фактически отобрала маленького Мишу у его отца после смерти матери. Не жаловала зятя. Будучи женщиной богатой и властной, она поставила отца Миши перед выбором: если он оставляет мальчика с ней, то внук не будет нуждаться ни в чём, в противном случае, она лишит внука наследства. Но экскурсовод тут же добавила, что бабушка и внук всю жизнь были очень трогательно привязаны друг к другу. В Мишеньке заключался весь смысл существования Елизаветы Алексеевны, она делала всё, чтобы он был обеспечен, образован и искренне гордилась и восхищалась им.
- Михаил Юрьевич много читал, - сказала экскурсовод. - Лермонтов всё детство проболел, но именно болезнь развила в нём необычное упорство в достижении цели.
Я представил себе болезненного юношу, любимого бабушкой, но лишённого любви родителей и вынужденного быть одиноким в этом сказочно красивом месте.
- Первая любовь Лермонтова, - продолжала рассказ экскурсовод, - признание в чувствах были растоптаны усмешкой красавицы Сушковой – соседки по имению. А много лет спустя Сушкова приписала себе стихотворение, посвящённое Лермонтовым другой женщине - Вареньке Лопухиной, к которой поэт до конца жизни без взаимности питал глубокое чувство…
Мы с женой поднялись по внутренней деревянной лестнице на второй этаж и через две комнаты вышли к большому балкону. Вышли и почувствовали ту атмосферу красоты и гармонии, в которой рос будущий поэт. Господский дом стоит на самом высоком месте в усадьбе, поэтому всё село Тарханы как на ладошке - дымится печными трубами за прудом. И в тихое весеннее утро, и в жаркий летний полдень, и в ранние зимние сумерки перед взором Михаила Юрьевича был пруд с крестьянскими избами на берегу, а дальше – бескрайние поля. Так открывалась его детской душе родина – его Россия.
В первый раз Лермонтов покинул имение, когда ему исполнилось 14. В 1842 году он прибыл сюда в гробу уже навечно.

Время и люди пощадили память о Михаиле Юрьевиче в Тарханах. Бабушкин дом, где бегал по лестницам маленький Миша, православный храм, где отпевали его рано ушедшую из жизни мать, будто бы и не простояли два столетия. Остался нетронутым и фамильный склеп Лермонтовых - место погребения Арсеньевых-Лермонтовых с часовней над ним. Здесь покоится поэт. Рядом с часовней могила отца поэта - Юрия Петровича и сельская церковь Михаила Архангела.

Михаил любил отца. Но бабушка - Елизавета Алексеевна винила зятя в смерти дочери.
Мать - Марья Михайловна похоронена в склепе. Её памятник, установленный в часовне, построенной над склепом, венчает сломанный якорь - символ несчастной семейной жизни. На памятнике надпись: «Под камнем сим лежит тело Марьи Михайловны Лермонтовой, урождённой Арсеньевой, скончавшейся 1817 года февраля 24 дня, в субботу; житие её было 21 год и 11 месяцев и 7 дней». Елизавета Алексеевна Арсеньева, пережившая своего мужа, дочь, зятя и внука, также похоронена в этом склепе. Памятника у неё нет.

Тут же лежит и сам Михаил Юрьевич Лермонтов.
Мы смотрели на чёрный надгробный памятник с белой чашей на вершине. На памятнике золотой венок, под ним золотыми буквами написано: «Михаил Юрьевич Лермонтов». Все усопшие лежат в этом склепе под каменными плитами, только гроб Михаила Юрьевича стоит в подземелье. Символично – могила под могилами. Из склепа вниз ведёт узкая лестница. В тёмном, холодном помещении - чёрный свинцовый гроб с останками поэта.
Понимание того, что ты стоишь перед останками великого Лермонтова, впечатляет неожиданно сильно. Само по себе – это имя поэта. Но гроб - чёрный большой свинцовый ящик, покоящийся ниже остальных могил… будто судьба подчеркнула: «Усопший не был таким, как все»!
С трепетом я прикоснулся ладонью к холодному свинцу. По спине пробежали мурашки. И почувствовал будто что-то пришло оттуда, изнутри, открылось, ударило по нервам… Осмотрелся, всё как и было: серые стены склепа и запах… нет не сырости… Мёртвого Величия Вечности. Ощущение траурной торжественности! Время остановилось. Оно спит вместе с человеком, лежащим там за чёрными свинцовыми стенками…

Мы вышли из склепа на свет. И я вдруг ощутил ликование души! Я понял Гения, понял его отношение к жизни, и почувствовал желание что-то написать!
Под впечатлением от увиденного мы с супругой направились в кафе. С отъездом решили не торопиться.
- Замечательное место! – произнесла Татьяна.
- Если бы Михаил Юрьевич дожил до моих лет! – вздохнул я.
- Сколько бы он ещё смог! – подхватила жена.

До вечера мы гуляли по улицам, по которым когда-то ходил Лермонтов.
- Знаешь, - сказала Таня, - у него была красивая Родина и он был патриотом. Но ему не везло в любви. Отвергающие его женщины рано сделали Гения циником. Посмотри картины, написанные им, от них веет безысходностью.
- Да, - ответил я. – Разочарование и одиночество – основа его творчества. А ведь любовь и понимание женщины могли бы вознести его до Неба! Ещё Гений хотел быть нужным человечеству. Но общество того времени создало Печорина! Уверен, он писал его с себя таким, каким хотел бы быть.
- Знаешь, а я считаю, что в не сложившейся судьбе Лермонтова большая доля вины его бабушки. Мужчину делает женщина – она готовит его к будущей жизни и не должна ограждать от трудностей, создавая комнатно-тепличные условия. Книги – это, конечно, хорошо, но мать формирует отношение мужчины к женщине. И рядом с взрослеющим мальчиком должен быть и отец. Какого мужчину может вырастить стареющая бабушка, у которой не сложилась собственная судьба? Елизавета Алексеевна своей патологической любовью испортила внука. И он справедливо считал, что все женщины и все люди обязаны любить его так же, как любила бабушка, и не мог принять ничего другого.
- Трудно не согласиться. Мать не дала здоровья, бабушка не заложила любови к людям. Хотя говорят, что со здоровой душой ничего значительного не напишешь. «Героем нашего времени» я зачитывался в школе.
- «Герой нашего времени» - месть автора «свету». Люди, близко знающие поэта, были уверены в его добром характере. Но в «свете» Лермонтов хотел казаться беспощадным и жестоким в поступках, прослыть тираном женских сердец, неумолимо приближая время расплаты за «Печорина».
- Какая ты у меня всё-таки умная! – Я обнял жену.
- Не многие мужья разделят твою радость по поводу ума жены, - улыбнулась Таня.
- Не знаю насчёт многих, - в тон ей ответил я, - но мне повезло в жизни! Вот бы ещё талант Михаила Юрьевича!
- Зачем? Михаил Лермонтов с его Печориным оказался далёк от общества. Общество убило его…

Мы долго не могли заснуть в тесном гостиничном номере. Казалось, время перенесло нас на 170 лет назад и что если сейчас мы посмотрим в окно, то увидим, как в окнах изб дрожат огни лучин, тускло освещая занятых домашними заботами обитателей. На небе светит луна, серебристая дорожка, отбрасывая на снег чёрные тени от построек, тянется в сторону господского имения. А по тихой пустой улице в военном мундире не спеша идёт Лермонтов …
Утром мы зашли попрощаться с Михаилом Юрьевичем. Церковь и склеп были ещё закрыты и пусты…

Олег Бажанов






2
Мне нравится