19 Октября 2017

Уточка

    Было раннее утро, птички уже начали чирикать, снег блестел от яркого весеннего солнца, заставляя щурить глаза жителей деревни, расположенной на берегу Олёкмы. С водостока крыши стекали огромные капли талого снега и громко шлёпались на завалинку дома. Именно этот звук разбудил семилетнюю девочку Настю. Она протёрла свои залипшие глазки и хотела подняться или хотя бы для начала сбросить с себя одеяло, но тут на кровать запрыгнул её чёрный кот. Это был, наверное, самый тяжёлый кот во всём мире. Он положил свою огромную лапу на живот Насте. От этого она сразу же почувствовала тяжесть пушистого питомца. Кот смотрел на неё и мурлыкал, как будто говорил ей: «Лучше оставайся в постели, Настя. Зачем тебе вставать? Если можно ещё часок поспать со своим любимым котом в тёплой кроватке». Но Настя захотела встать, она попыталась поднять голову, но кот положил вторую лапу, а затем забрался на неё полностью. Прикоснувшись хвостом к ее щеке, он комфортно разлёгся на её животе и стал мурлыкать так сладко, будто убаюкивал Настю. Она всё-таки сдалась, закрыла глаза и вновь заснула.

    Если Настя засыпала второй раз, ей обязательно снился сон. Если он не приснился ночью, то обязательно снился утром, со второй попытки. Во сне Настя видела, как она стоит на берегу озера, под водой видны водоросли и маленькие рыбки. Потом появились трое её старших братьев, они с радостью прыгали в воду и ныряли. Вдруг на плечи её подхватил отец и с разгона бомбочкой плюхнулся в воду. Лучики летнего солнца весело играли на волнах от плюханий в воде. Поднялась муть со дна, и вода уже не была такой чистой. Все купались и веселились, а мать сидела на берегу, смотрела на них и улыбалась. Настя захотела, чтобы мама купалась вместе со всеми. Она начала кричать:

    – Мама! Мама! Иди сюда!

    На её крик мать прибежала в спальню.

    – Что такое, доча? – спросила мать. Настя спросонья смотрела на мать, понимая, что она крикнула не только во сне, но и наяву.

    –  Я…., я не знаю, – промямлила Настя. Мать стояла, держа в руках кружку и посудное полотенце. Сначала она посмотрела на свою дочь, затем на кота, который каким-то образом избежал очередной ночёвки на улице. Наверное, его забыли выкинуть перед сном, либо он стал прятаться под кроватью, перед тем как дома ложились спать. Потом мать всё-таки развернулась и ушла на кухню. Уходя она сказала:

    – Вставать уже пора, спишь до обеда.

    «Но я давно проснулась! Даже раньше вас! Это кот виноват, это он меня снова усыпил!» - хотела воскликнуть Настя, но вдруг подумала, что так она будет выглядеть ещё глупее. Она смахнула кота, как пушинку - он уже не был таким тяжёлым, каким он казался утром. Кот «слился» с одеялом, и было уже непонятно – то ли это кот, то ли одеяло.

    Все уже давно проснулись, отец сидел в своём зимовье, там он чистил ружьё и заготовлял патроны на уток, а Настины братья ремонтировали лодочный мотор в гараже.

    Мать наложила манную кашу в большую тарелку, которую Настя никогда не сможет доесть, и поставила на стол перед ней.

    – Сегодня вы с Виталькой дрова будете складывать, – начала мать, ей всегда удавалось заводить разговор тогда, когда Настя набьёт полный рот едой.

    – Ням… Ням… Мама, а может мы потом, сложим? – с набитым ртом ответила Настя.

    – Надо доча, надо, а то так и будут лежать до лета, а как вы в жару то будете складывать, и хватит говорить с набитым ртом, сначала прожуй, а потом говори. Отец послезавтра с Серёжкой на озеро сидеть поедет, ты поедешь с ними?

    В этот раз Настя, прежде чем сказать, всё-таки сделала паузу, чтобы прожевать еду, а потом уже ответила - «Да!»

    – Ну вот, так что вам надо закончить до послезавтра.

    – А Сашка будет нам помогать?

    – Нет, они с Серёжкой мотор чинят в гараже.

    После сытного обеда, а для Насти завтрака, который она всё же не доела, девочка пошла одеваться. Она натянула свои резиновые сапоги с маленькой дырочкой в подошве на левой ноге, твёрдые, словно деревянные, рукавицы, которые пахли соляркой, рабочую джинсовую куртку, обшитую изнутри мехом и розовую шапочку с помпончиком.

    На улице её уже ждал Виталька. Он сидел на дровах, пытаясь достать занозу из указательного пальца. Настя, неохотно щурясь от солнца, сошла с крыльца и побрела по лужам талого снега к куче дров. Она чувствовала, как её шерстяной носок на левой ноге постепенно стал мокрым из-за дырочки в сапоге, ногу защипало от холода, но она не стала обращать на это своё внимание.

    – Складывать будем у забора, ты перекидывай с кучи поближе к забору, а я буду складывать, – сказал прокуренным голосом её брат.

    – А может, наоборот? Ты покидаешь, а я сложу, – мяукнула Настя.

    – Ты криво сложишь, поленница упадёт, а потом что я, заново буду за тебя складывать.

    Виталька так и не смог достать занозку. Он отряхнул свои пыльные перчатки с дыркой на указательном пальце, и все принялись за работу. Работа была скучной, поэтому Настя перестала замечать, все то, что находилось вокруг неё, и полностью ушла в свои мечты и размышления, но при этом она продолжала механично перекидывать поленья к забору, где их складывал Виталька. А думала Настя в это время о предстоящей охоте. «А может быть, папа мне даст самой из дробовика пострелять? Вот было бы здорово! Я бы подстрелила пять, а то и десять уток. А в следующем году я подросту и буду убивать ещё больше уток. А когда вырасту, я буду самой лучшей. Я подстрелю всех уток в мире! Но… А потом же не останется уток! А утки такие вкусные! Что же мы будем делать, когда мы съедим последних уток? И даже дело не в том, что они вкусные. Как же мне раньше их не было жалко. А что если бы я была уткой? Папа убил бы меня из ружья, а мои братья бы меня съели, какой ужас! И мама бы тоже меня съела! А что если этот год последний, когда утки садятся на озеро? Может быть, все утки уже закончились в этом году. Ведь миллионы, может даже триллионы, а то и пятиллионы лет такие же маленькие девочки как я, со своими папами, как мой, ездят за утками! Так неужели они не должны уже кончиться!»

    Задумавшись, Настя уже не видела, куда кидает дрова. Она швыряла их в разные стороны, пока не попала поленом в Витальку, прямо ему в коленку. Виталька упал, схватившись за коленку, и стал громко кричать от боли, напугав свою маленькую сестрёнку. От страха в голове у маленькой девочки произошел взрыв. Этот взрыв был мощнее, чем любая бомба, существующая на земле «Ой мой бедный братик! А что если он навечно останется инвалидом? И в этом буду виновата я. Как теперь он будет кататься на велосипеде? Придётся его добить, зато уток чуть побольше в живых останется, а ведь Виталька неплохо стреляет. А инвалидом он не сможет ходить на охоту, так и умрёт от скуки. Какая разница, так хоть мучиться не будет» эти мысли пролетели у неё в голове меньше чем за одну секунду. И она немедля схватила второе полено, и изо всей любви к брату, она запустила это полено прямо Витальке в голову. Полено ударилось об его лоб, но к Настиному сожалению, не пробило его голову, и совсем его не убило, а скорее наоборот. Виталька соскочил злой как чёрт. Настя от счастья громко разрыдалась: её брат, всё-таки, здоров. Виталька схватил её за плечи и стал трясти «Ты что, совсем сбрендила?!» На шум из дома выбежала мать и надрала уши Витальке

    – Ты чего Наську обижаешь?!

    – Она убить меня вздумала! – корчась от боли в ухе ответил Виталька. А Настя в слезах убежала домой.

    После всех побоев Виталька остался складывать один. Ближе к вечеру к нему присоединились ещё два брата, которые закончили с починкой лодочного мотора. Настя же лежала дома в кровати, укутавшись в одеяло. Её лоб горел от температуры, потому что она промочила ноги из-за дырявого сапога. К ней подошла мама и села рядом на краю кровати. Она принесла ей таблетку со стаканом брусничного морса:

    – Вот выпей.

    Настя выпила таблетку, поморщилась и спросила:

    – Мама, а если бы я была уткой, ты бы меня съела?

   Мама приложила руку на её лоб и ответила:

    – Нет, конечно, если бы ты была уткой, то и я бы была уткой»

    – И Виталька тоже?

    – И Виталька, и Сашка, и Серёжка, и даже папа, мы все были бы утками.

    – Виталька на меня наверно очень злится?

    – Он же твой старший брат, как он может на тебя злиться?

    Мама пожелала ей приятных снов, и погасила свет. Виталька действительно не злился. После работы он зашёл в Настину комнату, Настя притворилась спящей. Он сел рядом на корточки, затем аккуратно убрал волосы с её лба указательным пальцем, в котором уже не было занозки, любуясь, как она сладко спит. После он встал и ушел к себе, когда он уходил, Настя приоткрыла глаза и сказала:

    – Спокойной ночи.

    – Спокойной, – ответил он, не оборачиваясь.

    Сразу же после того как ушёл Виталька в комнату вошёл кот и сел возле кровати.

    – Как твоё здоровье? – спросил кот.

    – Температурю.

   – Зачем же ты так жестоко с братиком-то?

   – Ну, я просто его очень люблю, и сильно напугалась.

   Кот некоторое время сидел молча, выпучив глаза на Настю, затем он расслабил свой взгляд, развернулся и пошёл.

   – Спокойной ночи, - вдогонку сказала Настя. А кот, не оборачиваясь, высокомерно промурлыкал:

   – А я бы всё-таки съел бы тебя, если бы ты была уточкой.

    Чингис Дармаев




1
Мне нравится