Национальные истории, или 5 пункт



18 Ноября 2017

Дружба народов

      Если рассуждать здраво, то национальности и расы надо давно отменить. Посудите сами, только за один XX человечество пережило несколько чудовищных вспышек геноцида. Достаточно хотя бы вспомнить Холокост, резню армян во время Первой мировой, кровавую историю столкновении племен Тутси и Хуту в Руанде, массовые убийства в странах, некогда составляющих единую Югославию. И это лишь несколько страниц новейшей истории межнационального истребления. А, ведь, речь идет не о темном Средневековье, а об эпохе мирного атома и нанотехнологий. Наверно, все-таки, стоит заставить людей вступать только в смешанные браки, чтобы не было больше ни монглоидов, ни негроидов, ни европеоидов, ни эллинов, ни иудеев, чтобы никто больше не возбуждался при виде «чужаков». Тогда, может быть, прекратиться эта преступная вакханалия, длящаяся со времен палеолита. Думаю, это – отличная идея. Но с другой стороны…

     С другой стороны, когда мне было двенадцать лет, я платонически влюбился в американку Саманту Смит. Американка – это не национальность. Но и не род занятий. Скажем так, я влюбился в представительницу американского народа. И до сих пор не могу разлюбить. Так же как и я, в это чудо влюбился генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Андреевич Андропов. То же, разумеется, платонически. Сердце старого чекиста разморозилось под воздействием лучистости девочки из штат Мэн, о чем свидетельствует их трогательная публичная переписка. У нас, у мужчин, представления об идеале очень часто совпадают, не взирая на возраст, социальное положение и политические убеждения.

    В шестнадцать, уже будучи студентом, я влюбился в татарку Гулию. Безнадежно. Безнадежно, потому что понимал: мне никогда не стать татарином, а мужика другой национальности братья Гулии не подпустили бы к ней и на пушечный выстрел. Да и сама она смотрела на русских парней с большой настороженность, а уж на ребят с синтетической внешностью, подобной моей, просто с опаской. К тому же эта Гулия была невероятно, просто фантастически красива, а я… ну, скажем так, не Ален Делон.

    Зато мне посчастливилось стать героем романтических историй с еврейскими девушками. Особенно запомнилась Маша. До сих пор упоминание этого имени заставляет мое сердцебиение ускоряться. Чего уж там говорить… некоторые еврейки могут, мягко говоря, свести с ума.

     Имел комплиментарные отношения с тремя украинками. Одна из них, Светлана, оставила в моей душе такой светлый след, что никакие антиукраинские чернила его не зачернят. Вообще, украинки почти ничем не отличаются от русских. Но если присмотреться, все-таки, отличаются. И голос несколько другой, и взгляд, и, так сказать, формы. Все немного, немного другое.

     Кстати, о нюансах. Интересный разговор у меня однажды состоялся с девушкой Наташей. Предложив ей сходить на спектакль «Дни Турбиных», я сказал: «Как всякий русский человек, ты должна любить русскую классическую литературу».

     – Я ее люблю, – ответила Наташа. – Но я не русская.

     – Ну, ты же говоришь и думаешь по-русски, – заметил я, внимательно посмотрев в ее ясные серые глаза. – И твой дедушка, похоже, родился не в Индии, не в Африке, и не на Крайнем Севере.

     – Ты прав!

     – Да и лицо у тебя абсолютно русское. Можно сказать, «кустодиевское».

     – Все верно. Но, тем не менее, я – не русская.

     – А кто же ты?

     – Отгадай!

     Наташа загадочно улыбнулась. Я пожал плечами.

    – Я – донская казачка.

     – Вот как? Интересно! И чем же вы, казаки, отличаетесь от русских? Я уж было подумал, что беседую с какой-нибудь, прости господи, финнкой. Ха-ха!  Или с мокшей? Или с эрзя? Слыхала  о таких финно-угорских народах? Говорят девушки этих народностей очень красивы. А, вот, скажи, почему чешки, панамки, индейки, финки, болгарки, корейки – женщины, и только «Белорус» – трактор?

     Наташа не отреагировала на мою плоскую шутку.

      – Ты спрашиваешь, чем отличаются русские и казаки? Это – долгая история. В двух словах не объяснить. Однако факта остается фактом: казаки, при всей своей генетической русскости, на самом деле не совсем русские, скорее, совсем не русские. Некоторые евреи и цыгане более русские, чем казаки.

      А совсем недавно в автобусе я обнаружил живую негритянку в леопардовых лосинах. В рейсовом автобусе, прыгающем мо маршруту, соединяющему спальное заМКАДье с конечной станцией метро, ехала по каким-то своим неведомым делам гламурная, как сказали бы на политкорректном Западе, «цветная девушка». Все места в этой таратайке были заняты, кроме места рядом с чернокожей моделью. Я, масса Володя, большой белый человек, подсел к ней, вспомнив знаменитый фильм «Цирк», раскрывшей тему абсолютного межрасового равенства в СССР. Девушка не обратила на меня никакого внимания. Красавица слушала свой фанк или соул, и смотрела на плывущие за окном унылые пейзажи столичной окраины: пустыри, заборы, серые постройки неизвестного назначения.

      В общем, что я хочу сказать? Привлекательность женщины совершенно не зависит от цвета её кожи или разреза глаз. Но так уж получилось, что привлекательней всех женщин оказалась моя русская жена. Не потому что она русская, а потому, что так получилось… И в то же время (вот парадокс!) национальность – обязательное условие женского очарования. Это подтверждает фонтан «Дружба народов», скульптурный шедевр, связывающий советскую ВДНХ и российскую ВВЦ. Когда я смотрю на эту достопримечательность, то так и вижу себя вместо снопа пшеничных колосьев, торчащего в центре хоровода золотых девушек! Словом, национальности отменять не стоит. Оно – особое украшение женщины, которое, конечно, как и всякое другое украшение, нужно уметь грамотно носить. Но это – особое искусство.

Владимир Гуга



8
Мне нравится