12 Декабря 2017

Серёжкины звёзды

Можно ли мечтать о большем? Ведь это – история, это – новая эра!

Ю.А. Гагарин

 

     В середине октября темнеет быстро. Клавдия Семёновна как бы на минутку зашла к соседке бабе Фене, да зацепилась. Вышла почти в ночь: воздух свежий, ни тучки, месяц к полнолунию, светло. Громыхая цепью, из будки выполз пёс Чубакка, помахал хвостом – доложился. У крыльца Клавдия будто что-то вспомнила, подняла глаза  ввысь и залюбовалась звездами, которые звала Серёжкиными.

     Сын Клавдии Сергей рос обычным сельским пареньком. Разве что фантазии из него пёрли, как тесто из чугуна. С утра у их ворот крутилась ребятня со всего кутка – поджидали главного выдумщика. Серёга то затевал игру в пиратов на плотах, то с его подачи из обрезков с пилорамы в овраге выстраивались целые города.

     Однажды к бабе Фене из города приехал внучок-студент Женька. Поначалу он «глотал» книги, валяясь в саду на ржавой кровати. Погодя вдруг набился Серёжке в компанию на утренние рыбалки. Уезжая Жэка вручил приятелю замусоленный журнал «Америка» –Серёжка запал на рассказ о «новом» позапрошлогоднем фильме «Звёздные войны. Эпизод V». Он неизлечимо заболел космосом, а в село пришла эра межзвёздных полётов. Серёга переименовал пса Пирата в Чубакку. Потом ребята смастерили робота Р2Д2 из старой бочки, напилили из досок бластеры. В космос играли очень долго, до эпохи мопедов.

***

      На второй день после проводов Сергея в армию Клавдия стала караулить Верку-почтальоншу. Допекла её так, что с первой весточкой та сама шумно ввалилась в дом:

      – Семённа, пляши!

     Клавдия ж не могла унять волнения. Строчки письма тряслись и плыли, она сунула читать письмо любопытной Верке. Та разумно пробежалась по листу глазами, ничего страшного не нашла, улыбнулась и с лёгким сердцем нараспев прочла:

     – Здравствуй, мамочка! Не волнуйся, пожалуйста! Я попал служить туда, куда и мечтал – в космические войска…

     У Клавдии легонько ёкнуло внутри, но дальше не было ничего настораживающего. «Вот ведь, куда мечтал… Прям «по щучьему велению» – подумала Клавдия и пустила слезу.

     – Что ревешь-то, Семённа! Не в Афган ведь! – успокаивала Верка.

     – И то, правда! – Клавдия глубоко вздохнула. – Чего это я?

                                                                                                        ***

      Однажды ночью в наряде, освободившись от уборки, Серёга присел в проходе на табуретку, замечтался, потом положил на устав листок и под свет дежурного освещения начал писать…

       …Пятый раз зачитывала вслух Клавдия последнее письмо. Теперь уже для кумовьев Анны и Семёна: «…Было не до писем. После присяги постоянно закаляем на центрифуге вестибулярный аппарат. И перед обедом, и перед ужином, порой вместо зарядки. Космосу нужны сильные солдаты!»

       – Ишь как, – с сарказмом начал Семён, – ведь ни в одной газете не напишут, что у нас есть такая космическая армия!

       – Фома неверующий! Сто раз тебе сказала, что часть у них пресекретная, о ней знает только Министр обороны и Политбюро! – протянула Клавдия, задрав в потолок палец.

      – Да уж, гордись, мать! – недоверчиво усмехнулся кум.

                                                                                                 ***

      «Спортивным праздником» в армии не без издёвки называли «олипиады» по воскресеньям. Впрочем, Сергей готовил себя к службе, и такие прелести его не удручали. На кроссе он нафантазировал следующую серию своих межгалактических приключений, а после забега в ленинской комнате поскакала шариковая ручка по бумаге …

       «…Всю прошлую неделю учились стрелять из бластера – это такой пистолет, только мощный, как пушка. У нашей Солнечной системы опасности нет, но нам их выдают на всякий случай. Жду завтрашнего первого полёта в космос!» – перечитала Клавдия недавнее письмо от Серёжи. Перешла к следующему листку. «…Ты, наверное, думаешь, что я здесь сижу без дела? А я уже три раза был на орбите, в крайний заход выходил в открытый космос! Там красиво!»

       Клавдия потушила свет и вышла на морозный воздух. Сверху красовались звезды. Ей казалось, что переблёскиваясь они будто что-то говорят. Мать с нежностью смотрела на ночное небо, пытаясь разглядеть там маленькую песчинку – своего сына-героя. Поправила платок – вдруг он через какую-нибудь секретную трубу смотрит на их избушку. Вдруг невольно махнула рукой и прошептала звёздам: «Вы уж берегите его там!»

                                                                                                    ***

       Кроме интересных военных занятий, как-то: отработка строевого шага, чистка картошки, натягивание на себя серой резины и стрельбы, была еще специальная подготовка. После присяги Серёгу определили на специальность оператора аппарата дальней связи. Техника была старой, но могла проработать до конца света, только смазывай. Общение с ней не требовало особых навыков: щелкни, стукни да натисни. Но всё нужно было довести до автоматизма. Среди этих кнопочек и педалек Сергея пробило – он вдруг почувствовал себя частью огромной системы.

       А ночью в карауле озарило, что не только он связан с космосом. Ведь все – от солдата до космонавта – что-то едят, где-то живут, что-то одевают. И крестный-тракторист, и мама-ветеринар – они тоже часть системы! В свободной смене Сергей продолжил писать матери о похождениях космического рейнджера…

       …У Клавдии снова была читка, на этот раз глаза ломал кум Семён: «…Ракета следует во много раз плавнее и значительно безмятежнее, нежели поезд, и данной качки и тряски не имеется…» (Из воспоминаний Ю.А. Гагарина. – прим. авт.) Его недоверие к похождениям крестника дало трещину. С закадычными приятелями на рыбалке он поднимал стакан со словами: «Ну, за Серёгу-космонавта!»

        Слухи о Серёжи подвигах расползлись по селу, землякам такая причастность понравилась. 12 апреля День космонавтики встречали почти как Новый год. Нашелся кумач для транспаранта «Слава советским космонавтам!» В клубе повесили портрет Гагарина, устроили концерт, на котором дружно подпевали местным исполнителям про компас-надежду и космические карты. Овации вызвало появление на сцене найденного Р2Д2.

        – Клавк, а Клав… Как твой-то? – переспрашивали шепотом.

        – На Луну летал три раза уже. Отовсюду оглядел! – доверительно сообщала мать героя.

        – Ну и как там?

        – Песок один, говорит, и ничего хорошего! – понесла отсебятину Клавдия.

                                                                                                          ***

         Вдруг на Клавдию обрушилась жестокая обида. Из «несекретного» космоса вернулся экипаж. По радио сказали, что они побывали на станции «Мир». Всего-то! А Серёжка там после полёта на Венеру прихорашивался и сапоги чистил. За эту «прогулку» космонавтам присвоили почетное звание Героя Советского Союза. Офицерам значит звание, а простому рядовому, который в космос летает чаще, чем председатель в район на совещание – дулю? Хоть бы премию дали!

         С председателем-то Клавдия и увязалась в район, где пошла в райвоенкомат и как на духу выложила военкому все свои обиды. Тот, соглашаясь с её доводами, с трудом скрывал смех, читая Серёжины письма. Взволнованную мать он напоил чаем, пообещал во всём разобраться и попросил пока не беспокоить Министра обороны.

         Через несколько дней на столе начальника политуправления войск космической связи лежали письма Серёжи, рапорт бдительного военкома, положительная характеристика парня по месту учебы и доклад с места службы младшего сержанта. Ситуация-то сложилась анекдотичная. С другой стороны, вера в справедливость в глазах простой русской матери – дело не шуточное. Сержанта выдрать бы, но ведь отличник боевой и политической, надежный товарищ… А пусть сам с матерью и разбирается!

         Вскоре к ферме в Серёжином селе подъехала черная «волга». Подтянутый майор вызвал Клавдию, успокоил и предложил ей собираться на встречу с сыном. Мать солдата приоделась, собрала пожитки да гостинцы и в путь. На спешные проводы сгрудились односельчане, над селом повисло настороженное ожидание.

                                                                                                            ***

         Под рёв дежурного «Рота, подъём!» Серёга проснулся с нехорошим предчувствием. До построения в воздухе будто носилась суета, готовая вылиться на солдатские головы. Серёга поинтересовался у коллеги-сержанта:

         – Генерала что ль принесло?

         – Да не! Тётку какую-то водят туда-сюда.

         – Какую тётку?

         – Да кто знает? Депутатша или Зыкина какая-нибудь…

        В истории войск космической связи это был самый весёлый развод. Во всех частях всему рядовому личному составу были зачитаны отрывки из писем неизвестного бойца. Десятки тысяч молодых парней от Калининграда до Владивостока ржали в голос прямо в строю. Серёжка узнал свои письма, но, глядя на весёлые лица товарищей, тоже начал давиться от смеха. Это была не банальщина, вроде: «Пишу на ноге убитого товарища, а почерк неровный – правой рукой отстреливаюсь…» В конце зачли распоряжение «о недопущении нарушений режима секретности в личной переписке».

        После развода Серёгу срочно вызвали в штаб. Ничего хорошего это не предвещало. Собравшись с духом, он вошел в самую солидную дверь в части. Там его ждали командир части и… мама.

       – Бряхун! – с ходу поприветствовала его Клавдия.

                                                                                                             ***

           Ну и что, что не космонавт! Зато Клавдия получила от командиров три благодарственных грамоты за отличного сына! На селе к ситуации отнеслись с пониманием, посмотрели Клавины фотографии с генералами и простили Серёге все его фантазии. Правда, когда он выбрался в отпуск, казалось, что даже гуси над ним ржут. Но День космонавтики праздновали по-прежнему.

           Сергей остался в армии на сверхсрочную, но в начале 90-х вернулся в село усталым и посеревшим – часть расформировали, его сократили. Вернулся подавленным: «Всё, мама! Кончился мой космос!» Год спустя сыграли свадьбу, пошли дети. Поначалу Серёжа пытался заняться фермерством, но наезды и зависть развернуться не дали. Что ж, перебрались в райцентр, где Сергей открыл автомастерскую и помалу вырос до владельца компании.

                                                                                                              ***

            А на небе звёзды. Наши звёзды.


                      Владислав





2
Мне нравится