24 Мая 2017

Кровавая предтеча развала СССР

Клим развёл в стороны руки и несколько раз прогнулся, разминая затекшую спину. Был его любимый вторник — день факультативов. Факультативы были дополнительными занятиями и проводились в Алма-атинском пограничном училище, где он учился сразу же после самоподготовки.

Факультатив по информатике не состоялся, и все были предоставлены сами себе: кто письма писал родным, он же читал статью «Геофизическая война» в журнале «Военное обозрение».

Автор утверждал, что американцы ведут разработку геофизического оружия, способного разрушить озоновый слой над территорией противника, вызвать цунами, землетрясения, тектонические разломы земной коры, уничтожить ракеты противника, путём перегрева их электронных частей.

Есть ли что-то подобное в СССР, автор умолчал, и это был главный вопрос, который тревожил не только Клима, но и всех его друзей.

Тогда никто из них даже предположить не мог, что главная угроза для их родины исходила не от геофизического оружия, идеи которого вынашивались в воспалённых умах заокеанских учёных. Эта угроза вызревала совсем рядом, в умах потомков тех, кто некогда создал их великую страну, формировал её величие, защищал её на фронтах Великой Отечественной войны.

Эти заблудшие души начнут с объявления о перестройке, в основу которой положат ценности чужеродной духу советского человека западной культуры. Затем развалят экономику и вооруженные силы собственной страны, а позже в Беловежской пуще подпишут соглашения, которые законодательно утвердят развал СССР, некогда великой и могучей державы…

Неожиданно прозвучала команда «Сбор» на училищном плацу.

Дивизион прибыл на плац. На трибуне появился начальник училища. Он окинул строй взглядом, после чего прокашлялся в микрофон. Голос генерала был предельно резким, от его слов бросило в дрожь.

— Товарищи! В столице Казахстана начались массовые протесты против коммунистической власти, — сказал генерал. — Ряды бузотёров множатся ежечасно, их уже несколько тысяч, все они вооружены металлическими трубами, цепями, заточками, штырями, арматурой, кольями и камнями. Они уже вышли на площадь к зданию правительства и намереваются штурмовать его. Москва приняла решение о введении в столице системы «Метель». Поэтому всем быть в полной готовности!

Все разошлись по казармам…

Увидев, своих друзей, обступивших курсового офицера, Клим подошел к ним.

— Товарищ капитан, а что нужно этим агрессивно настроенным студентам, вооружившимся палками и прутьями из арматуры? А правда ли, что они все обкуренные?— как из рога изобилия сыпались к нему вопросы.

— Я знаю, парни, лишь то, что в Москве прошёл пленум компартии, на нём сняли первого секретаря ЦК Кунаева и назначили Геннадия Колбина. Казахам это не понравилось и похоже на то, что они хотят свергнуть его, — сказал офицер.

— А Колбин русский? — задал уточняющий вопрос Клим.

— А какая разница, казах или русский? Главное ведь, чтобы человек был хороший. Руководство страны решило поставить его…

— А те, казахи, которые вышли на площадь, тоже так считают?

Капитан укоризненно покачал головой.

— Умеете вы, парни, задавать непростые вопросы. Мой ответ — они вряд ли так считают. Но, несмотря на это, мы должны быть готовы пресечь возможные с их стороны погромы и бесчинства…

По селектору прозвучал сигнал «Тревога. Сбор!».

— Почему, форма одежды у нас повседневная? — послышались недоумевающие возгласы курсантов. — Бунтари с ломами и арматурой, а мы с голыми руками…

— К машинам! По местам! — послышался раскатистый голос командира дивизиона.

Вся площадь перед зданием правительства и прилегающий к ней проспект были забиты молодёжью.

Первая линия оцепления, состоящая из сотрудников милиции, стояла по рубежу правительственной трибуны, у самого края площади.

— Посмотрите, товарищ капитан, экстремистская молодёжь милицию снежками забрасывает, — обратил кто-то из курсантов внимание курсового офицера. — Может быть, мы сюда зря приехали, они просто решили в снежки поиграть, — рассмеялся он.

Клим хотел тоже сказать что-то в этом роде, но тут разглядел, что это не снежки, а куски белого мрамора, оторванные от облицовки фонтанов, которые непрерывно летели в сторону милиционеров. От ударов этих «снежков» из милицейского оцепления один за другим выпадали сотрудники с рассечёнными головами.

— Разуй глаза, Астапенко, это не снежки, а куски белого мрамора.

— Я уже сам понял, что это не снежки, товарищ капитан…

Комбат отдал команду рассредоточиться, занять позиции в шеренгах по всему периметру здания ЦК.

Сергей




1
Мне нравится