15 Апреля 2017

Деды, которых я не знаю, но помню

Деды, которых я не знаю…

Жизнь моих дедов оказалась мигом для их жен, рано ставших вдовами, для их детей – наших родителей…А для нас, внуков, родившихся в 50-60-х годах прошлого века, что осталось в память о них?..

Сколько нас, никогда не сидевших на руках у деда, никогда не слышавших их историй, никогда не видевших их - своих дедов?…

К сожалению, в моей семье нам мало рассказывали о дедах. Сохранились всего три фотографии, по ним я и попыталась собрать те крупицы воспоминаний, которые передали отец и мать.

Я видела своих дедов – Игната Блудова по материнской линии и Григория Черткова по отцовской – только на фотографиях, которых, к сожалению, было не много. Помню одну. На ней моя бабушка Анна Тихоновна Мирошникова и дед Игнат Зиновьевич Блудов недавно стали мужем и женой… Дед сидит, закинув нога на ногу, а бабушка, положив ему руку на плечо, стоит – красивая, строгая, без платка: волосы уложены в прическу, одета по моде а-ля 20-е прошлого века. Не знаю, из какой ткани на ней одежда, но, по-моему, бабушка от моды не отставала и в выборе стиля костюма. Эта единственная фотография, сохраненная бабушкой, помогала поразмышлять о том, какими они были в молодости. Я видела бабушку модно одетой, без каждодневного платка на голове и думала, что разве могла бы я представить мою деревенскую бабушку такой модницей, если бы не старая фотография. Позже был сделан их семейный портрет: бабушке лет 35-40, а деду поменьше . Иначе быть не могло: фотомонтаж 50—60-х годов из имевшихся в доме фотографий. Деда уже давно не было. Он погиб в феврале 1943-го…

По такому же портрету-фотомонтажу я познакомилась с дедом и бабушкой по отцовской линии. Красивый красноармеец в буденовке, по одному ромбу на воротнике. Голова гордо поднята, словно он стоял по стойке «Смирно!», а его фотографировали. Это мой дед Григорий Тихонович Чертков. Бабушка Мария Алексеевна Конарева – под стать мужу красавица, так же гордо смотрящая в объектив: мол, завидуйте! Хотя завидовать можно было только их молодости и любви…

Семья Игната Блудова к началу войны имела уже четверых детей. В центре села, как и вся родня, построили крепкий дом, крытый не соломой, а рубероидом. Хозяйство небольшое, но было: корова, кабанчик, огород. Семья не бедствовала.

Дом Чертковых стоял последним на улице, которая позже получила название Комсомольской. Домишко маленький, под соломой. В пятидесяти метрах от него, в конце огорода расположилось сельское кладбище. К началу войны Григорий и Мария особо ничего не нажили, кроме детей: старший Шурка (мой отец), дочери Клава да Люба (умерли в младенчестве), братья-близнецы Алексей и Иван. «Черток без порток»- так звали сельчане Григория за глаза. Прямиком обозвать не осмеливались: знали, что Гришка – парень честный, гордый, идейный, прямой и вспыльчивый. У всех Чертковых это было в характере. Поэтому сельчане позажиточней старались Григория не задевать. Злорадствовали у себя дома на печи.

Григорий вырос в бедной семье, где, кроме, него было еще два брата – Иван и Федор. В 1917-м деду исполнилось только 12 лет, но и такого возраста было достаточно, чтобы принять революцию и стать идейным: дед, по рассказам отца, был первым комсомольцем в селе Старая Покровка. В Красную Армию пошел служить в 19 лет, дослужился до младшего лейтенанта и ушел в запас. Вернулся домой и женился…

Дед Игнат до женитьбы работал в пожарной охране. Управлял повозкой для тушения пожаров. Когда началась война, дед уже работал на Харьковском заводе им. Малышева, где получил бронь. 24 октября 1941 года Харьков был оккупирован. Где был дед Игнат, чем занимался в этот период, бабушка никогда не говорила. О своей жизни в захваченном немцами селе иногда рассказывала, но в этом рассказе не было место ее мужу. Отступления чередовались с наступлениями. В один из таких успешных для Красной Армии боев, а именно в начале февраля 1943 года дед был призван на фронт. Он взял полуторагодовалую Наталку на руки, поцеловал, обнял жену и детей и ушел. Рассказывали ушедшие вместе с ним односельчане, которые уцелели в бою, что их даже не переодели в военную форму, оружие приказали добыть в бою, что видели, как Игнат упал и не поднялся. Бабушка получила похоронку, в которой значилось, что Игнат Блудов погиб 27 февраля 1943 года под деревней Староверовка. Бабушка не искала ту братскую могилу, где был похоронен муж. Результат моих поисков не дал ответа на вопрос, где похоронен дед. В селе Кегичевка Шевченковского района Харьковской области на мемориальной плите есть фамилия Блудов, но инициалы И.П., а дед был Игнат Зиновьевич. Еще двое Блудовых с инициалами М.П. и С.О. Может, ошибка допущена в надписях?

Но главная ошибка допущена в жизни – ошибка не передать память об отце и о деде, какой бы она не была, своим детям и внукам. Может, бабушка и стала так истово верить в Бога и молиться ему о прощении ей этого греха. Может быть. Не мне судить…

Григорий Чертков в июле 1941-го ушел на войну добровольцем. Крепко обнял старшего сына и дал последний наказ : «Ты остаешься за меня. Береги мать и братьев». Ушел навсегда. От него всю войну не было вестей. Бабушка Мария простудилась и заболела, в конце 43-го года она умерла. Отцу пришлось невероятно трудно. Но это уже другой рассказ. В 1947-м году он делал запрос в Чугуевский военкомат, откуда уходил на войну дед Григорий. В ответе отмечалось, что Чертков Григорий Тихонович пропал без вести в сентябре 1941-го года…

Как важно помнить, хранить семейные фотографии и реликвии, рассказывать детям и внукам семейные истории! Как это важно!..

В день Победы я всегда зажигаю свечу в память об убиенных на поле брани Игната –воина и Григория-воина. Светлая им память!

Сколько нас, никогда не сидевших на руках у деда, никогда не слышавших их историй, никогда не видевших их - своих дедов?…

Татьяна Шпак


Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook

Конкурс «Были 90-х»

Не забывайте размещать свои истории о 90-х годах в Facebook, помечая их хэштег #Были90х






6
Мне нравится