Я вырос на уроках литературы
Ангелы-хранители нашего детства



28 Августа 2017

Когда мой боевой дед заплакал

    Зовут меня Ярослав, мне восемь лет, живу в г. Брянка, ЛНР. Я хочу рассказать о своем деде Коле. Он меня решил сделать переселенцем и забрать к себе. Дядя Сережа, мой отчим, работал на Алчевском заводе, но из-за войны остался без работы, как и многие рабочие заводов в нашей республике ЛНР, и поехал в Польшу, чтобы деньги заработать. Мама в отпуске специальном, у нее на руках (как говорит бабушка) еще Ева, моя сестра, которой недавно исполнился годик. Решили переехать жить мы с мамой в Кременную, там есть и родственники, и хорошие знакомые… Но я о дедушке хочу вам рассказать.

       На границе

    Станицу Луганскую сильно обстреливали, и дед Коля решил везти меня из Украины в Украину через российскую область. Так он сказал. На таможне большая очередь. Один автобус проверяют 45 минут. Я подсчитал, что еще стоять в очереди (для автобусов она отдельная)… минимум 12 часов. Когда мы несколько часов ехали до границы, дед все время стоял в автобусе, уложив меня на два сидения в самом конце автобуса, чтобы я спал. А сам все время стоял. И вот теперь я выспался и спрашиваю деда: почему здесь нельзя, как в очереди на мосту, чтобы с ребенком пройти раньше взрослых? Он объясняет, как может, и как может пытается сокращать время, рассказывая мне придуманные истории или незабытые детские сказки…

    4 часа ночи. Проходят долгожданные 12 часов, и … нас не пускают через границу: в доверенности мамы на дедушку не такая фамилия, как у папы… (мама второй раз вышла замуж). Я в отчаянии, я так хотел побыстрее попасть в село, где меня ждет друг Артем… Плачу, спрашиваю, как теперь возвращаться и потом снова стоять 14 часов на границе? А дед, как стойкий оловянный солдатик, не переживает почему-то, улыбается и подбадривает меня, даже ругает за хныканье. Говорит, что это еще не самое страшное в жизни. И все начинается сначала…

                Ответка

   Когда вернулись в Брянку, попали под обстрел – была «ответка» (это когда стреляют в ответ на выстрелы из пушек или «града»). Мама схватила на руки Еву и подбегает к кровати деда. А тот опять невозмутимый такой, говорит спокойно, как будто мне уроки объясняет, что сейчас выйдет на улицу, надо убедиться, что по нам пуляют. Убедился. Вернулся и дал команду всем нам - в гаражную яму. Другого подвала в сараях или венбарах (так у нас называют сарай для зерна) нет. Сидели в подвале спокойно до рассвета. Спокойно - потому что дед с нами. Он открывал банки с помидорами и варенье. И снова говорил, что это в жизни еще не самое страшное. Вам говорю же, что он боевой и с ним ничего не страшно. Мы отсиделись … А у соседей через два дома все окна выбило. Потом еще одна страшная история случилась…

           Растяжка

   Это было вначале сентября. Я перешел во второй класс, и мы с дедом возвращались в Брянку после летних каникул. Станицу опять сильно обстреливали, временно закрыли, и мы решили попробовать через Золотое (это поселок такой), потом через шахту, через Первомайск…

Сначала шли по серому асфальту, из него торчали хвостатые неразорвавшиеся мины. На деревянных табличках, которые выныривали, как пуголовки из болота, нам навстречу по обе стороны, – то же противное слово «мины!». А вот и большой кусок фанеры (с таким же словом) лежит посреди дороги! Значит, надо сворачивать влево, в просеку в посадке. Этот маршрут нам обстоятельно растолковала пожилая женщина в Золотом…

Дед шел по тропе очень медленно, шагов на тридцать впереди меня. Такая у нас была договоренность. Я старался идти след в след, глядя, где дед ступает, как он приказывал. Хорошо, что тропа не виляла, как змея, и я все время видел дедушку Колю. И вот уже мы в конце посадки, видно железную дорогу…

Тонкая медная проволока полоснула деда по животу и прижалась к нему, как готовая укусить ядовитая змея. А ведь он очень опытный и шел медленно, все время смотрел под ноги. А проволока растяжки – на живот легла…

Медная проволока блеснула на солнце… Смертельно блеснула… прижалась к белой футболке деда.

— Ярослав! – Одной глоткой крикнул он мне в воздух, не поворачивая головы и стараясь не напрягать живот. – Ложись на землю! Если прогремит взрыв, и меня ранит… – пойдешь назад к украинскому блокпосту… Ложись на землю, Ярик!!!

Я уже знал, что такое бомбежка, свист пуль и осколков, поэтому дед верил, что я сделаю все правильно и быстро, без хныканья…Он верил в меня…

Дед Коля думал: упасть резко на проволоку и надеяться, что осколки пролетят мимо, или попробовать медленно двинуться назад по миллиметру?

Первый вариант был опасен тем, что взрыв будет точно, а осколки не только убьют или ранят его, но могут попасть и в меня. Я знаю, он думал только обо мне… Во втором варианте был шанс… Стараясь делать совсем короткие вдох и выдох, дедушка медленно подставил ладонь рядом с животом. Он почувствовал, как прикоснулась проволока - змея… Втянул сначала в себя живот и лишь потом начал осторожно и тихо отклоняться назад … По миллиметру стал двигаться. Проволока, словно прилипнув к животу, следовала за ним … Ее остановила подставленная ладонь…Это он мне потом все рассказывал, как в кино было…

Когда дедушка подошел ко мне, он радостно удивился, что я не просто лег на землю, но и прикрыл голову руками. Хотя сам учил меня этому раньше. Так я прикрывал голову на заднем сидении в машине, когда мы с ним мчались из Луганска к Станице Луганской, убегая от разрывов мин.

— Молодец, Ярик! Мужик! – крикнул дед. А когда я непонятно почему расплакался, сказал мне свои слова заветные: это еще не самое страшное в жизни: Мужики не плачут!

Он даже станцевал лезгинку. Это у него тоже привычка такая. Когда во второй раз ночью нас все-таки пропустили через границу, он тоже лезгинку танцевал… А люди вокруг смеялись…

Мы обошли проволоку и вышли на железнодорожную колею.

Мужики тоже плачут?

     Я заболел… Когда дед Коля узнал, что у меня очень мало лейкоцитов (по анализу крови) и что это может быть страшной болезнью, он примчался ко мне за полдня. Как на вертолете. Ему только в очереди на КПП надо стоять 5-6 часов. Не знаю, как он так быстро… Привез дедушка деньги, лекарства, еду всякую, овощи, фрукты… В Брянке мало лекарств в аптеках, да и на платный анализ пришлось ехать в Стаханов. Подтвердится страшный диагноз, не подтвердится?

Дед нервничал на скамейке в коридоре. Вставал, ходил туда-сюда. Снова садился и молчал… Мы с мамой были в кабинете. Результат объявляют через час. Вот доктор сказал маме – количество лейкоцитов уже… 4,6… Я сразу выскочил в коридор обрадовать деда, крича на ходу эти цифры. А дед вместо того чтобы обрадоваться, засмеяться от радости, вдруг заплакал.

- Первый раз я видел, чтобы мой боевой дед плакал. Под обстрелами, на растяжках не ойкал и не боялся. А тут заплакал. Странно…Я его погладил по белой голове и сказал его слова: Это еще не самое страшное в жизни. Так?

Ярослав


Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook



0
Мне нравится