Я вырос на уроках литературы
Ангелы-хранители нашего детства



5 Августа 2017

Письмо на деревню бабушке Любе

Кому: Грушиной Любови Ивановне.

Здравствуй, бабуля! Давненько я не писала, а ведь ты так любишь читать письма.

Прошло меньше месяца с нашей встречи, но я уже скучаю. Знаешь, когда в детстве меня спрашивали, кого я люблю больше всех на свете, я отвечала: «Бабушку и маму». И горе тому, кто пытался заставить выбрать кого-то одного, потому что я могла и в драку полезть. Каждый раз, вспоминая, что тебе было всего пять лет, когда началась Великая Отечественная Война, и вы всей семьей оказались в блокадном кольце Ленинграда, я вздрагиваю. А от твоих рассказов про суп из лебеды, похлёбку из кожаного ремня или столярного клея, наворачиваются слезы. Ты у меня невероятная! В моих детских воспоминаниях бабушка – настоящая кудесница в своем кухонном царстве!

Помнишь, как вы с дедушкой приехали в эту глухую деревеньку и остались тут? Вы тогда сразу обзавелись хозяйством: купили телочку, овец, поросенка, кур. А потом вместо коровы взяли козочек. С тех пор больше двадцати лет прошло! Мне деревенская жизнь казалась волшебной, будто из доброй детской сказки.

Дом с большой русской печью, в которой всегда получалось самое вкусное топленое молоко. И ведь даже в самую жаркую пору дедушка топил печь ради такого молока – тепло-бежевого цвета с карамельной корочкой и сладким ароматом, щекочущим ноздри. Кто-то скривится и скажет: "Фубе-е-е, пенка!" Я ж сама кипячёное молоко ненавидела, даже запах бесил. Но топленое... да ещё в русской печи - м-м-м, вкуснятина!

Мне всегда было за тебя обидно, что твоя кухонька ютится в конце сеней и там слишком мало места - развернуться негде. А знаешь, как я восхищалась твоей чудо-печкой, в которой ты печёшь свои чудо-пирожки? Ведь только тебе удаются эти произведения кулинарного искусства! Для меня до сих пор загадка, как можно победить такое жидкое тесто? Сколько раз я пробовала – заливала тесто в пакет, клала в морозилку – все, как ты! Но стоило пять минут подержать в руках замерзший кусочек, как оно убегало сквозь пальцы. А ты так ловко застилаешь стол, присыпаешь мукой и раскатываешь скалкой совсем тонкий пласт. Как ты справляешься, и почему у тебя тесто не липнет к граненому стакану, пока ты вырезаешь кружочки? Непостижимо! И начинка у тебя не рассыпается по всей комнате. К слову, никогда не могла выбрать, мне нравится все - и фарш, и капуста с яйцом и укропом, и рис с яйцом, и зелёный лук с яйцом. Я вообще обожаю яйца твоих курочек, потому что у покупных нет такого оранжевого желтка.

Сладкие пирожки я тоже всегда любила, особенно с нашими садовыми яблочками или черникой. С козьим творогом, кстати, тоже очень вкусно. И даже просто крендельки с сахаром, корицей или изюмом получаются чудесные. Нигде в мире нет больше таких - тесто настолько лёгкое и нежное, что тает во рту! Жаль, что ты в основном печешь свои фирменные пирожки нам в обратный путь. Уезжать-то совсем не хочется… А помнишь, как ты придумала к отварным яйцам нам в дорогу еще и котлеты готовить? Прямо в ночь перед нашим отъездом теперь крутишь и жаришь маленькие, непонятной формы, сочные котлетки, а мы теряем сознание от умопомрачительных ароматов. И, вроде, никаких секретов - фарш, булка, яйцо, лук, соль - но таких котлет ни в одном изысканном ресторане не встретишь, я тебе точно говорю.

Отгадай, какое мое любимое блюдо в твоём списке вкусностей? "Собачки"! Откуда вообще появилось это название, не припомнишь? Делаются же просто, но ТАК умеешь приготовить только ты. Да и нигде больше я их ни разу не ела. Помню, ты спускалась в погреб за картошкой, а потом объясняла мне, как отбирать - чтобы клубни разварились хорошенько, но не рассыпались, и чтоб крахмала побольше было. А я так и не поняла, как ты это определяла? А потом ты толкла деревянной толкушкой вареную картошку в пюре, добавляла туда сырое яйцо, соль и муку. И мы искали, что у нас есть в холодильнике - варёная колбаса, ветчина, но лучше - сосиски. Их ты резала на четвертинки, и каждую заворачивала в картофельное пюре. До сих пор перед глазами небольшой казанок с булькающим маслом, и ты в фартуке – стоишь у плиты, опускаешь в масло картофельно-сосисочные колобочки и через несколько мгновений вылавливаешь румяных «собачек». А мама ругалась, что очень жирно, и ты тогда выкладывала «собачек» на салфетки, чтобы масло лишнее стекало. Помнишь, как все сбегались на аромат, учуяв его даже с улицы?

Очень здорово, что тебе подарили хлебопечку! Это ж какая радость… для нас! Как взаправдашний пекарь, ты уже знаешь, чего и сколько положить; что ржаную муку надо смешивать с пшеничной, что овсяная мука горчит, а рисовая рассыпается. Хлеба у тебя получаются - загляденье! Пышные, воздушные, с хрустящей корочкой и румяной шапочкой. Мы всегда ждём того момента, когда ты вынешь свежую булку и положишь под льняное полотенце. Чтобы скорее, не дотерпев, пока остынет, хватать и, ойкая, отрывать горячие ломти. Руки жжет, пар идёт, корочка хрустит, а нам нипочем - уплетаем за обе щеки - кто с вареньем, кто пустую, запивая холодным молоком. Ты сердишься и ворчишь, что горячая выпечка вредит пищеварению. Но нас, разве, остановишь?!

Отдельное спасибо за твои закатки. «Повезло с семейкой», что называется - все мы любители солёных огурцов. Я даже не представляю, какое несметное количество рецептов засолки у тебя собрано: остренько, пряно, с перцем, с чесноком, с хреном, с черносмородиновыми или вишневыми листьями, с помидорами, патиссонами, луком, капустой! Помнишь, как в нашем огороде хрен расти отказывался, поэтому ты отсылала нас к бабе Клаве, у которой он сорняком повсюду рос? А мы оттуда ещё и охапку укропа с ведром яблок-паданцев вечно тащили. Ты быстренько яблоки резала, на противень клала и в печь сушиться ставила. А как поспеют и остынут, мы вместе складывали яблоки в большие полотняные мешки, завязывали верёвочками и убирали в сундук. Мамы наши всегда получали по такому мешку в город и варили нам из этих яблок компоты. А мы приезжали к вам зимой и, отогреваясь с мороза на русской печи, жевали засушенные кисло-сладкие дольки, зажмуриваясь от удовольствия…

Но я отвлеклась от закаток. Ты даже не представляешь, какой восторг у меня всегда вызывал процесс консервирования овощей! Помню, как нас выпроваживали из дома, чтобы ненароком не обожглись или не «запачкали» банки, прокипячённые в большой кастрюле. Пока они остывали, ты колдовала над рассолом. Нам, мелким, все эти манипуляции казались жутко сложными и долгими. Особенно пугали требования «быстренько исчезнуть», потому что «здесь все стерильное!» Мы тогда разбегались, как тараканы, потому что знали - если через день-два взорвется банка или пойдут пузыри, нам достанется! Нарушать стерильность и отвлекать тебя в процессе такой сложной процедуры было ни в коем случае нельзя. Зато через несколько дней мы уже лакомились малосольными огурчиками - неформатом, который в банки не поместился. А на будущий год и солёные огурчики поспевали, и мы всегда понемногу в город увозили. До сих пор возим…

Что касается сладких закаток, здесь тебе вообще нет равных. Твоя пятиминутка из черники идеальна – минимум сахара, максимум витаминов. Помнишь, мы с Машкой нашли целый остров с кустами, усыпанными голубикой? Местные-то ее никогда не жаловали, винной ягодой считали и думали, что из голубики только вино и настойку можно делать. А ты тогда из двух огромных ведер, всем на удивление и зависть, накрутила пятиминуток и компотов бруснично-голубичных. Кстати, за бруснику отдельное спасибо. Твой любимый «кладезь витаминов» и «мочегонное средство» не раз спасал меня от отеков во время беременностей.

Все забываю спросить – нынче мало красная смородина плодоносит? Ты же так любила желе. Потому что, как ты говоришь «вкусно и безотходно» - из сока желе варишь, а жмых козы с удовольствием съедают. Но уж который год не вижу в погребе заветных баночек. Неужели тля поела или плодожорка какая-нибудь?

Ты вообще варенье из чего угодно можешь приготовить, да? Я, кажется, из всего уже ела - брусника, черника, клюква, крыжовник, смородина, голубика, слива, яблоки – ничего не забыла? Жаль, земляники мало, но ты и тут всегда находилась. С умилением вспоминаю крохотную кастрюльку, в которой ты варила земляничное варенье и потом разливала его по баночкам из-под детского питания, чтобы всем семьям по одной досталось. А мы зимой их открывали, наполняя комнаты летом, солнцем и твоей заботой.

Каждый раз, приезжая в деревню, я с упоением вдыхаю запахи мяты, липы, ромашки и других трав, которые ты сушишь на чердаке; наслаждаюсь ароматом свежеиспеченного хлеба и зерна, что лежит в большом коричневом сундуке в сенях. Особая неповторимая атмосфера всегда царит в вашем доме. У тебя даже простая картошка, сваренная или запечённая в чугуне в жерле русской печи, имеет ни с чем не сравнимый вкус. А сырники из домашнего творога, кабачковые оладушки и драники из овощей прямо с грядки… И эти бесподобные хрустящие солёные огурчики, что плотно стоят солдатиками в трехлитровых банках...Знала бы ты, как мне все это дорого.

Помню, соберёмся за обедом всей семьёй, на столе молоко от нашей козочки или квас самодельный. Ты салатик сделаешь свежий: лучок зелёный, укроп, огурчик и помидорчик, яичко домашнее варёное, все сметаной приправленное и чуть присолено. И картошечку молодую в мундире прямо в большом чугунном казане на стол ставишь. А если прежний год грибной был, то из погреба еще баночку маслят достанешь. Мои самые сладкие воспоминания детства и юности! Спасибо тебе за это счастье.

Твоя кухня - она особенная, уникальная. И дело даже не в рецептах, хотя я точно уверена, что ты знаешь тысячу секретов и способов необычного приготовления обычных блюд. Дело в тебе самой! В твоих васильковых глазах, которые не меняются спустя столько лет; в твоих добрых руках, которые держат косу или тяпку, доят козу, замешивают тесто или гладят по голове; в твоей ласковой, всегда немного смущённой улыбке... Дело в твоей нескончаемой всеобъемлющей доброте, заботе, любви к нам и к жизни.

                Передавай привет дедушке, не болейте! Целую крепко, обнимаю и люблю.

Юлия

Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook




48
Мне нравится