Я вырос на уроках литературы
Ангелы-хранители нашего детства



26 Июля 2017

Москва, малина и письма от бабушки

Маленькая, седенькая, сидя за столом, в свете небольшого ночника пишет письмо. Мне.

Это было в восьмидесятые годы. Я тогда училась в Москве. Не было никакого интернета и сотовых телефонов. Письма от родни были единственным способом узнать, что делается дома. Бабушка писала мне самые занимательные письма. Она писала просто о жизни, о том, что происходит вокруг, о беспрестанных трудах по хозяйству, о своих заботах и радостях. Не обходилось без сплетен о соседях (Покорские дочери свадьбу сыграли в ресторане, как теперь принято… по-новому), сетования на кризис, который тогда был в Польше (дали два талона на обувь, но у нас в магазине не отоваришь, а в город ехать далековато).

Несмотря на то, что моя бабушка была простой крестьянкой, письма она писала красивые – вроде бы ничего особеннного, но с юмором (опять придут гости и в который раз придется слушать басни о болезнях и таблетках) и налетом лиризма (Поздняя осень, птицы улетели, дождь бьёт в стекло, на небе свинцовые тучи).

Я была ее любимой внучкой, бабушка радовалась любому моему достижению. До некоторой степени все они были исполнением ее заветных желаний. Бабушке, например, не пришлось получить образования, и она радовалась, что я учусь (Я знаю, что учиться нелегко, буду Бога молить за то, чтобы ты успешно закончила институт и потом хорошенько отдохнула после того, как столько корпела над книжками. Чтобы мы могли поднять бокал шампанского в честь «нашей госпожи магистра». Мне радостно, что ты, такая молодая, а столького добилась.)

Бабушке не довелось посмотреть мир. Почти в каждом письме она советовала: «Езди на все экскурсии и участвуй в других мероприятиях», и при этом пыталась вообразить себе места, о которых я писала домой: «Должно быть там красиво - все эти скульптуры, картины, иконы».

Бабушка была необыкновенная. Сколько ее помню - маленькая, худенькая, седенькая, но сильная духом, мудрая и трудолюбивая. Тонко чувствующая, можно сказать романтическая натура («миром уже начала править осень, одела деревья в разноцветный наряд), и при этом неисправимая оптимистка, видящая хорошее даже в малом (хотя дедушка забывает, куда он положил свою трубку, самое главное, что он здоров), не забывающая, что она - женщина (пойду в парикмахерскую в среду, завивку делать). Было у нее своеобразное увлечение - в газетах, которые читала, искала любую информацию о жизни княжеской семьи Монако. Вырезала из газет всё по этой теме, но больше всего "охотилась" за цветными фотографиями. Свою добычу аккуратно вклеивала в «королевский альбом». Про семью Гримальди знала все. По вечерам мы с двоюродной сестрой заслушивались ее рассказами о жизни княжеского рода, которые так хорошо шли под бабушкино малиновое варенье. До сих пор при виде малины я сразу вспоминаю мою чудесную бабушку. Ту, что после тяжелого трудового дня, поздней ночью при свете лампы писала письма в далекую Москву своей любимой внучке.

Иоланта


Приглашаем Вас оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook



26
Мне нравится