29 Марта 2016

Экскурсия "Народной книги": Тобольский тюремный замок

История вторая

Заточение в игре,

или

Новые узники Тюремного замка



Продолжение. Начало здесь

Когда за тобой закрывается дверь тюремной камеры, волнение – состояние вполне естественное. Пусть это уже давно не место заключения, а музей. Да и ты не преступник, а законопослушный участник квеста. Тревожное ощущение усиливает темнота – февральский вечер залил густой синевой зарешеченные окна. Но «охранники», они же организаторы этой экстремально-приключенческой игры, оставили нам фонарик. Он небольшой. Луч его слабый. Еще свет проникает из коридора через окошечко тюремной двери. И это весь наш арсенал для борьбы с мраком.

Согласно правилам, местные «стражи» продажны. Потому и предлагают «узникам» искать деньги вместе с подсказками. Я и остальные «заключенные» начинаем обшаривать камеру. В старом и рваном матрасе, лежащем на одной из здешних коек, конечно, нашлось место сторублевой купюре. Несколько минут и «казна» для покупки подсказок серьезно пополняется идентичными банкнотами. Однако все не просто – «охранники» входят во вкус и требуют за помощь вдвое большую плату всякий раз, когда к ним подходишь.  

Кроме дензнаков, мы не без труда находим резаные кусочки бумаги. Спрятаны они на совесть – в металлический каркас тюремных лежанок, в не менее металлический стол с приваренными к нему лавками. Особая хитрость – кинуть подсказку на пол. Это при дневном свете на нем легко обнаружишь белый листочек. Но тьма искателям совсем не помощник…

– Посвети здесь, – просит коллега по «заточению». Глаза быстро привыкают к темноте, однако явственно различить в ней что-то по-прежнему проблематично.   

– Дай фонарик, – слышится из другого угла нашей темницы. Это обращение конкурирует с предыдущим по частоте употребления. Участники квеста не многословны, зато деловиты – градус стремления к свободе у «заключенных» высок. Хотя каждый из нас понимает, что все происходящее здесь – игра.

Азарт всегда был верным способом борьбы с тоской и прочим эмоциональным негативом. Задор квестопроходцев – еще и двигатель всего экстремального приключения, пусть и условного, но все же побега из Тюремного замка. Оказавшись здесь в роли игрока, отчетливо понимаешь: пыл нашей небольшой команды несравним с той жаждой освобождения, которую испытывали подлинные арестанты, сидевшие в этих стенах.

На этом отдаленные сходства в ощущениях взаправдашних и  какбудтошних заключенных заканчиваются. И лично у меня страх отсутствует. Чувствуется некое приобщение к чуждому твоей жизни опыту. И это сильно по душе – ты словно без последствий погружаешься в запретный мир. Погружаешься, чтобы познать темные стороны бытия и держаться от них подальше. Будто тебе дают право на роковую ошибку, которая не способна сломать твою судьбу. У преступников, отбывавших наказание в знаменитом Тобольском централе, такого права не было. Тысячи их…

Десять минут нахождения в камере разгоняют мышление и поднимают поисковые способности до непривычных высот – все же стрессовая ситуация, а следовательно, и легкий выброс адреналина в кровь. И в такой момент я стараюсь не думать обо всех невинно осужденных и убиенных, жертвах сталинского террора, а также знаменитых узниках этой каторжно-пересыльной тюрьмы, некогда одного из самых мрачных зданий Тобольска. Каждого из безвинных арестантов, безусловно, жаль. Но светлая грусть о несправедливости и жестокости мира – плохое подспорье в прохождении квеста. В этом деле помогают лишь логика и целеустремленность. Даже первое испытание требует изрядного внимания, настойчивости, умения работать в команде…

Наши поиски приводят к успеху минут через пятнадцать. Он неполный. И я таки чувствую досаду, когда иду за помощью к «охранникам». Расплачиваюсь с ними сторублевкой и вместе с другими «заключенными» узнаю, где припрятаны недостающие кусочки бумажного листа. Собрав их, сталкиваемся с еще одной загадкой. Впрочем, она легко решаема. Несколько манипуляций и мы получаем шифр. Начинается мозговой штурм: что с этим кодом делать?

– Когда не знаете, как быть, читайте подсказки. Лишних слов в них нет, – советует наша «стража». За игру мы услышим это не раз.   

Озарение приходит не сразу. Точно помню, что не ко мне. Однако после этого инсайт обретает коллективный характер – по словам «точно», «действительно» и фразе «как я сразу не догадалась?» понимаю, что мысли «беглецов» из Тюремного замка сошлись на правильном ответе.

Человеку свойственно действовать сообща. Вот и мы, ища выход из заточения, напоминаем единый механизм. При этом проявляются и некоторые индивидуальные черты. Одна из представительниц нашей команды демонстрирует чудеса гибкости, добывая подсказки. Другая «узница» предлагает дельные идеи и заново проверяет уже вдоль и поперек исследованную камеру. Активность еще одного «арестанта» практически не видна. Но его вклад в общее дело ощутим – купюр и белоснежных листиков приносит немало. Я же примеряю амплуа казначея и завхоза: храню деньги для покупки подсказок у «стражи» и фонарик. И мне все время кажется, что батарейка этого миниатюрного излучателя света в темном царстве сядет.

Она не села. Ни на этом испытании, ни позже. Техника, как и логика, подводят редко. При условии, что ты умеешь ими пользоваться. Чтобы открыть двери темницы, нам приходится решать еще одну непростую задачу. Здесь-то и пригождается код, который мы получили, соединив кусочки белого листа с тайнописью.

Пара минут, звук открывающегося замка, и в камере становится в разы светлее. Довольные «узники» устремляются к выходу. И в этом едином порыве я наконец-то покидаю мрачную обитель. В голове пульсирует лишь одно слово – «Освобождение»!   

Святослав Винокуров

Тобольский историко-архитектурный музей заповедник


Вы можете оценить истории «Народной книги» и оставить свой комментарий:

Конкурсы «Народной книги» на Facebook

Конкурс «Были 90-х»

Не забывайте размещать свои истории о 90-х годах в Facebook, помечая их хэштег #Были90х