• Главная
  • Статьи в тему
  • Бывший школьник Андрей Недров, скрепя сердце, поставил «пять» учителю и составителю Дмитрию Быкову

28 Августа 2015

Бывший школьник Андрей Недров, скрепя сердце, поставил «пять» учителю и составителю Дмитрию Быкову

Редакция Елены Шубиной получает читательские отзывы и рецензии на книгу «Школа жизни», собравшую в себе их же читательские воспоминания о своем школьном прошлом. Публикуем самые откровенные критические высказывания, «разбор полетов» от Андрея Недрова: 

Погружение в «Наркни»

Серия «Народная книга» приросла школьными годами: вышла «Школа жызни». В отличие от двух предыдущих сборников народного творчества, привязанных  к военному и послевоенному времени, новый затрагивает десятилетия: от 50-х годов прошлого века до нулевых нынешнего. 

Для целостности восприятия это чересчур. За несколько поколений слишком многое поменялось в стране, чтобы книга читалась, как единое целое. Получился сборник постшкольных сочинений, отличающихся не только эпохой, но и разнокалиберный по формату, глубине, настроению, подтексту, мастерству изложения и прочим литературным критериям. Дробят ритм чтения и скачки во времени: от полета Гагарина, через хрущевскую оттепель, школьную картошку, жвачку love, до мобильных телефонов. Вдобавок, «неофициальные исторические хроники советской школы» - так характеризуют книгу издатели – получились слишком искренними и сверхэмоциональными. Такой обычно и бывает непрофессиональная литература. Непосредственность авторов увлекает при чтении, но одновременно усложняет восприятие и оценку книги. 

Помогает составивший «Школу жызни» Дмитрий Быков, который иронично раскидал сочинения авторов вне времени по нескольким темам, затрагивающих разные стороны школьной жизни, и тем самым упорядочил событийную канву произведения. Они (темы) остаются постоянными вне зависимости от стран и эпох: учителя, одноклассники, школьные мучения, первая любовь ... Они всегда незыблемы, как школьные персонажи, приключения в классах и на переменах и неповторимая «жызнь» после уроков. Но при всей похожести контраст воспоминаний разных лет слишком выразителен, и оттого ныряешь в чтение, словно в неспокойную реку, попеременно ощущая тепло и холод изменяющегося течения.

«Школа жызни» достойно отвечает на ностальгическое занудство о школьных годах в соцсетях, традиционно обостряющееся в сентябре и мае. В отличие от сетевого народного творчества, в большинстве своем графоманском, в книге собраны качественные литературные сеты от представителей нескольких советских и российских поколений. В них от души, с тщательной прорисовкой мелочей, рассказывается о школьнолетии: местами с искренней любовью и бесконечным уважением, местами - с откровенным цинизмом, даже неприязнью. Если «народность» изложения местами и проглядывает в книге, то это легко объяснимо: ведь, серия так и называется - «Народная книга». 

В итоге получилась в меру антипедагогическая поэма, конечно же, рекомендованная библиотекам образовательных учреждений. Но не всем подряд, а наиболее продвинутым, руководство которых сможет разглядеть за несоответствием прописным истинам школьной литературы - точнее, литературы о школе - откровенную правду о ней. 

Но это не манифест против системы образования и не попытка устроить литературный дебош на социальной теме, потому книга вряд ли будет зачитана до дыр. Зато любознательным школярам, да и самим педагогам, она поможет узнать, отчего люди так пишут про школу. А читателям, ныне далеким от нее - извлечь из памяти самое-самое, оставшееся  от школьных лет.    

Неослабевающий народный интерес к публичному писательству, который умело подхватило АСТ, и быстро растущая популярность «Народной книги» настораживает тем, что серия может потерять содержательность, уйти «в простоту». Составители максимально расширяют круг потенциальных авторов, предлагая темы, доступные, практически, каждому. За «Школой» обещают обнародовать Любовь. Да, именно так, с заглавной буквы. Можно только представить, каково придется составителям книги просеивать лоскутный поток воспоминаний о том, как это было у авторов, и создавать цельное произведение.

Впрочем, со «Школой» издатели справились на «отлично».